"НАМ СТРАШНО ЗА НАШИХ ДЕТЕЙ"

В поселке Узенка, где школьницы расправились с девятилетней Анной Ткаченко (см. "Преступление без наказания", "КН" от 7 июня 2013 г. — Ред.), жители провели митинг. Они потребовали жестко наказать тех, кто в той или иной мере повинен в смерти ребенка.

"НАМ СТРАШНО ЗА НАШИХ ДЕТЕЙ"

 

В поселке Узенка, где школьницы расправились с девятилетней Анной Ткаченко (см. "Преступление без наказания", "КН" от 7 июня 2013 г. — Ред.), жители провели митинг. Они потребовали жестко наказать тех, кто в той или иной мере повинен в смерти ребенка.

 

Напомню, что это беспрецедентное преступление вызвало настоящий шок: три ученицы пятого класса СШ № 50 организовали настоящую казнь второклассницы. Поводом для нее якобы стала украденная девчушкой кукла. В эту версию не верили ни родственники Ани Ткаченко, ни жители поселка, да, видимо, и ни сами полицейские.
С того трагического дня прошло более двух недель. Стали известны еще более ужасные подробности этого "нестандартного" преступления.
— Я видела Аню, когда ее нашли, — говорит Екатерина Полина, жительница поселка. — У нее ножки были сильно раздвинуты.  Животик вздувшийся — наверное, перед смертью нахлебалась воды. Она вся была в синяках и царапинах. Это жутко! Читала результаты судебно-медицинской экспертизы. Получается, Аню сначала душили. Вокруг ее шеи скрутили мастерку: одна  тянула с одной стороны, вторая — с другой. А третьей приказали бить Аню. Когда мучители увидели, что она все еще жива, оттащили к дамбе и лицом вниз бросили в воду… Мало того, и после этого еще надругались над ней. Хотели запутать следствие, пытаясь выдать убийство за преступление какого-нибудь педофила. И здесь им помог старший брат одной из этих убийц. Оказывается, одна из этих девчонок пришла домой и все ему рассказала. А он посоветовал сделать так, чтобы отвести от себя подозрение. При этом то ли сам непосредственно помог замести следы, то ли это сделала сестра, когда  вернулась к дамбе.
Так это или нет — сказать трудно. Всевозможными же слухами об этом убийстве буквально переполнена вся Узенка. А они еще больше накаляют и без того уже кипящие страсти. Невозможно определить, где правда, а где вымысел. Полицейские, понятное дело, по этому поводу хранят молчание: тайна следствия есть тайна следствия. Тем более фигурантки дела — несовершеннолетние, едва дотягивают до двенадцати лет. Придет время — они сообщат факты, перед которыми, возможно,  померкнет информация, известная жителям поселка.

Пока же людям непонятно, почему школьницы, совершившие такое страшное зло, гуляют на свободе. Да, они дети, да,  им не исполнилось четырнадцати лет, когда наступает уголовно-наказуемый возраст. Но все равно их надо как-то изолировать, считают жители Узенки. Люди беспокоятся, что если эти монстры в юбочках останутся безнаказанными, то еще больше войдут во вкус, и тогда недолго ждать очередной жертвы. Вот этого все и боятся.
— Представляете, в тот день, когда хоронили Аню, — говорит Екатерина, — одна из этих девочек как раз играла на территории школы. Недалеко от нее несут гробик школьницы, а эта "малышка" чуть ли не хвастливо заявляет своим подружкам: "А нам ничего не будет". Как это понять душой, сердцем?!  Она так и не осознала, что натворила. Понятное дело, что из нее вырастет… Вернее, уже выросло.
Инициативная группа родительского комитета СШ № 50 подготовила заявление (или, точнее, обращение), предназначенное правоохранительным и государственным структурам. Его текст появился практически во всех магазинчиках: других, более посещаемых мест в этом поселке просто нет. И под этим обращением начали подписываться люди.
"В связи с произошедшим жестоким убийством Анны Ткаченко учащимися 5 класса СШ  № 50 мы, родители учащихся школы и просто жители, просим:
1. Исключить из СШ № 50 этих учениц, так как за жестокое преступление они должны понести наказание.
2. На время следствия ограничить передвижение  данных учениц по территории поселка (чтобы избежать самосуда над "преступницами" местными жителями).
3. Просим усилить наказание родителей за ненадлежащее воспитание данных "преступниц". Мы считаем, что воспитание детей в своей основе закладывается в семье. Наши дети тоже обучаются в данной школе, однако не совершают подобного.
4. Просим рекомендовать этим родителям срочно сменить место жительства  в целях ограждения наших детей и внуков от негативного и аморального влияния их детей.
5. Просим уполномоченные органы рассмотреть вопрос о том, чтобы данные "малолетние преступницы" были осуждены, а наказание вступило в законную силу по достижении ими 14 лет.
6. Просим назначить и провести независимую психиатрическую экспертизу данных "преступниц" с целью выявления их психоэмоционального состояния.
7. Мы боимся, что в случае неприятия вышеперечисленных мер данный пример безнаказанности может послужить рецидивом для совершений ими повторных преступлений и даст понять подрастающему поколению, что они могут совершать преступления в возрасте до 14 лет и не нести за это никакой ответственности".

— Это не требования, — уточняет одна из членов инициативной группы, — а наши настоятельные просьбы. Мы хотим, чтобы этот документ был приобщен к уголовному делу.
Около тысячи жителей поселка подписались под этим документом. Для Узенки это  солидная цифра. А вечером 14 июня, чтобы получить конкретные ответы от представителей власти, они собрались  на сход непосредственно на территории СШ № 50.Накануне, словно природа оплакивала смерть Ани Ткаченко, прошел небольшой дождь. Небо бугрилось темными тучами. Но непогода людей не напугала, собрались и стар и млад.
— До сих пор дети, сотворившие такое зло, гуляют! — возмущается одна из женщин. — На домах кто-то оставляет надписи: "Марина — звезда!". Это та самая девчонка, которая первоначально всю вину взяла на себя. Как спят эти пятиклассницы?! Они психически уравновешены?
— Очень даже нормальные и далеко не глупые, — добавляет другая мама, возле которой стоит мальчишка как раз возраста погибшей девочки. — Сообразили же сделать так, чтобы отвести от себя подозрения.
— Ваш сын тоже учится в этой школе? — спрашиваю у мамы мальчика.
— К счастью, в другой… Но я все равно пришла сюда, так как мне страшно за своего ребенка. Да и все в поселке боятся за своих детей.
Другая жительница поселка, представившаяся Натальей, эмоционально рассказывает:
— Я нашла одну из этих девчонок, и она мне лично рассказала, как душили и топили Аню. Говорит, мол, давно хотели ее убить, так как "она не нравилась им". Пригласили на пикник, якобы чтобы отметить День защиты детей, и там вдалеке сделали с девочкой ужасное, а потом инсценировали изнасилование. Повела эту девочку к Аниной матери. И та в глаза все рассказала ей, как было. Так мать Ани чуть не бросилась на нее. Я тут же эту "свидетельницу" вывела из квартиры.
— В тот день эти девочки заходили ко мне, приглашали прогуляться с ними, — сообщила мне 11-летняя Лиля. — Но я отказалась. Я с ними вообще не дружила. Плохие девочки:  вечно пристают, курят, выражаются, пропускают уроки…
Как и обещали, ровно в 20.00 появились представители органов правопорядка: заместитель начальника УВД г. Караганды Арман Оразбаев и начальник Кировского ОП Сакен Игембеков.
Собравшиеся между тем громко скандировали:
— Наказать убийц!.. Наказать их родителей!.. Пусть уезжают отсюда!
Им вторили выдвинувшиеся вперед дети:
— Мы не хотим учиться с этими убийцами!..
Начальник Кировского ОП, подчиненные которого раскрыли убийство Ани Ткаченко и в настоящее время ведут расследование, поясняет собравшимся:
— Возбуждено уголовное дело, проводятся экспертизы…
— Почему эти дети гуляют? Под арест их!
— Этих девочек отправят в спецшколу, их родителей привлекут к административной ответственности. Тут находятся три наших сотрудника. Подходите к ним, и они запишут ваши вопросы. Я на них письменно отвечу. Только свои адреса оставляйте. Безнаказанным никто не останется…
— А что со старшим братом одной из девочек, который помог "замаскировать" преступление?
— Без комментариев.
— Какая гарантия, что моего ребенка не убьют за кусок колбасы?.. Накажите и уберите     этих детей из школы — вот наша просьба. Чтобы они сейчас уже не гуляли...
— Я вас понимаю, но есть закон, переступить который не могу. Все решения будут приняты только после окончания следствия.
Люди медленно стали расходиться. До меня донеся обрывок разговора проходивших мимо женщин:
 — Представляешь, мой сын у одной из этих девчонок спросил: зачем вы это сделали? И знаешь, что она ответила: не нравится — мы то же самое сделаем с тобой. Разве можно таких назвать детьми?! Звереныши!

 

Анатолий ИНОЧКИН
Фото автора

Вернуться назад