«Будешь как у Христа за пазухой»

 

Вечером 23 июля прошлого года 41-летний Михаил Пирогов топал по берегу озера Балхаш. Хорошо, что солнце зашло за горизонт, а то мозги у мужика вообще закипели. Миша очень был возмущен. Целый месяц работал, не покладая рук, на рыбацком стане, а в итоге получил дырку от бублика. Предполагал хорошо погулять, получив заработанное. А в итоге пришлось довольствоваться обычной трубопроводной водой.

— Сука… Да тебя бы на куски порезать… — бормотал Миша, втаптывая видавшими видами кроссовками песок и гальку. 

Он имел в виду Марата, владельца рыбацкого стана. Возмущению Пирогова не было предела. И он вполне мог осуществить свои угрозы — отправить столь ненавистного предпринимателя к праотцам. Хотя бы потому, что являлся законченным уголовником. Не мог и дня прожить, чтобы кого-нибудь не ограбить или не избить. 

Михаил Пирогов провел в зонах более шестнадцати лет. Кто только его ни приговаривал к тюремным срокам: и Агадырский районный суд в далеком 1995 году, и Жезказганский городской суд в 2001 году. Даже в Караганде отметился, где в 2010 году по приговору Октябрьского районного суда заработал три года и шесть месяцев лишения свободы за кражу и грабеж.

Судьба распорядилась так, что последний срок Пирогов отбывал в балхашской колонии. А там  добрая часть как раз местных сидельцев. Именно они и посоветовали Мише:

— Как откинешься, иди на рыбацкий стан — их по берегу до самого Приозерска пруд-пруди. Там нашего брата привечают. Будешь как у Христа за пазухой — всегда жирная, наваристая уха, крыша над головой. В любое время искупался, позагорал. Вода и песок рядом. Чем не Лазурный берег?

Поэтому, как только Миша вышел на свободу, он поступил так, как ему рекомендовали. Пришел на рыбацкий стан, хозяином которого являлся некий Марат. Пока гнул спину в качестве рыбака, наелся и сазана, и судака вместе с лещом. Все мечтал: вот сейчас получит заработанное и погуляет вволю. Да вот только Марат показал бывшему зеку фигу, объяснив, что такого лентяя еще не видел. Так и сказал:

— Только жрать горазд да пузо греть на пляже.

Миша здорово обиделся – разве он виноват, если не приучен к общественно-полезному труду и больше охоч до воровства да грабежей? Поэтому, когда ожидания не оправдались, Пирогов собрал свой нехитрый скарб, уместившийся в обычный полиэтиленовый пакет, и отправился на соседний рыбацкий стан, расположенный эдак в пятнадцати километрах в районе поселка Гульшад. Для здорового мужика  это сущий пустяк. По слухам, глава тамошней рыбацкой артели Канат более справедливо относился к работягам. Потому Пирогов упорно и держал к нему дорогу. 

 

Набрел на отдыхающих

 

Шел себе Пирогов по бережку да глядел на волны. Красота, тишина вокруг. И все бы хорошо, если бы не черные мысли о нечистоплотном Марате. 

Между тем на пути мерно бредущего уголовника оказалась супружеская чета Романа и Надежды Чечеткиных. Семья отдыхала на берегу Балхаша. Практически каждое лето они  приезжали из Караганды на свое излюбленное место. 

41-летний Роман Чечеткин поставил свой автомобиль под робкий тенек прибрежного куста джигиды, затем вместе с супругой собрал палатку. Именно на нее и набрел Миша…

— Вместе с женой приехали на озеро Балхаш, — рассказывал на суде Роман Чечеткин. — Поставили палатку, стали отдыхать. Примерно в 22.00 к нам подошел мужчина лет сорока. Такого среднего телосложения, невысокого роста.  Поздоровался, назвался Михаилом. Стал интересоваться, откуда мы, почему приехали. Посидел где-то десять минут и ушел. Как только он исчез, я зашел в палатку и лег спать. А через минут сорок услышал подозрительный шорох…

Не мог Миша угомонить свою воровскую натуру. Сил не хватило. Вроде поговорил с мужиком  по душам. Попрощался с ним, искренне пожелав доброй ночи. Но отошел на несколько шагов, и что-то внутри уголовника екнуло.

— Как только отошел от отдыхающих, — признается Миша, — появилась мысль совершить кражу из салона автомобиля Чечеткина. А что, стоит машина на берегу, сами пенсионеры, как увидел, легли спать. Почему бы не залезть в салон? На всякий случай, вдруг что-то ценное найду. Тем более мне очень захотелось покушать. Прямо-таки зверский аппетит появился. Дождался, когда отдыхающие уснут, и попытался ножом, который всегда находился при мне, открыть дверцу автомобиля. Хотел все сделать тихо. Кто знал, что у мужика очень чуткий слух окажется? Он вышел из палатки и увидел меня. Я так растерялся, что схватил отдыхающего и приставил к его горлу нож. Потребовал, чтобы мне отдали деньги и еду. Тут из палатки вышла женщина. Как понял, жена Романа Чечеткина. Она попросила меня успокоиться и не трогать мужа. Зашла в палатку и вынесла деньги. При этом мой пленник схватился за нож, вырвался и порезал себе руки. Полилась кровь. Мужик встал на колени, стал зажимать порезы. Я-то «перо» не убрал. Закричал, чтобы мне дали что-нибудь пожрать. Мужик открыл багажник, протянул мне булку хлеба и банку тушенку. Я у него еще и сотовый телефон забрал. 

 

«Деваться некуда — причалил к берегу»

 

Заполучив желаемое, Пирогов поспешил покинуть место преступления. Пересчитал деньги — аж двадцать тысяч тенге оказалось. 

— Где-то к часу ночи добрался до рыбацкого стана Каната, — продолжил подсудимый. — Там два рыбака оказались. Я сказал, что ушел от Марата и теперь буду работать с ними. Они чуть не расцеловали меня, когда показал им двадцать тысяч тенге. Два дня гудели. Конечно, не забывали и рыбку ловить. 

Что касается Чечеткиных, в тот же день они уехали с берега, оказавшего столь негостеприимным на этот раз. Семейная пара решила не подымать шум по поводу разбойного нападения. Да только Роману Чечеткину невольно пришлось обратиться к медикам из-за своих порезанных пальцев. Так как травмы носили криминальный характер, то за расследование взялись карагандинские оперативники. Они быстро связались со своими коллегами из Актогайского района… Последствия пляжных «приключений» для Миши оказались очень не приятными.  

— 10 августа около полудня на лодке вышел в озеро, — рассказывает он. — Стал проверять сети. Смотрю, на берегу две машины появились, из которых вышли крепкие ребята. Я сразу понял: по мою душу. Явно опера. Единственное желание было — грести на противоположный берег. Только бесполезно. Попробуй-ка веслами сорок-пятьдесят километров  грести. Деваться некуда — причалил к берегу… Словом, в совершении преступления раскаиваюсь, свою вину признаю полностью.

По приговору районного суда № 2 Актогайского района Миша получил за разбойное нападение пять лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Вот такие оказались для него летние «каникулы». 

 

Анатолий ИНОЧКИН