В Караганде произошло еще одно ДТП, обещающее стать громким резонансным делом. Родственники погибшего в аварии парня выложили в социальных сетях следующую информацию.

«2 августа 2015 года около 6 часов утра на перекрестке ул. Университетская и пр. Шахтеров (район КарГУ) столкнулись две легковые машины — «Тойота-Камри» и «Хюндай-Акцент». Как видно на записи видеокамеры, водитель «Тойоты» грубо нарушил правила дорожного движения: включив левый поворотник, он повернул с левой крайней полосы направо, умышленно подрезав едущую с правой стороны чуть позади него автомашину «Хюндай», которая следовала прямо. После столкновения «Хюндай» врезался в железный забор университета. Пострадали четыре человека, в том числе мой брат, Антон Ермачев, 1997 года рождения. Он получил несовместимые с жизнью травмы и скончался в реанимации. В больнице до сих пор находится еще одна пострадавшая — 18-летняя девушка, доставленная с места ДТП в приемный покой в крайне тяжелом состоянии. Она находилась вместе с моим братом салоне «Хюндай», — написала на своей страничке на сайте «ВКонтакте» сестра погибшего молодого человека, Анна Ермачева. — Данное преступление, предусмотренное ст. 345 ч.3 УК РК «Нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека», наказывается лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на тот же срок. Однако виновник ДТП — Т. Ш. Абылхаиров, который управлял «Тойотой», до сих пор разгуливает на свободе. Его допросили и сразу же отпустили, как ни в чем не бывало. Почему? Ведь процитированная статья закона предусматривает взятие под стражу виновника аварии сразу после произошедшего. Возможно, это связано с тем, что его родственники занимают высокие посты в государственных органах. Не стала бы об этом упоминать, если бы не одно «но»: даже после совершения ДТП, когда люди нуждались в помощи, а мой брат умирал, те, кто находились в «Тойоте», не помогали, а угрожали связями в КНБ, отзванивали своим «родственникам, которые все разрулят» — привожу их же слова, — и рассматривали повреждения своей машины — царапины и разбитую фару. Все эти моменты тоже запечатлены на видеопленке. Сам собой напрашивается вопрос: до каких пор дети и родственники высокопоставленных чиновников будут творить беспредел и уходить от ответственности? А где же человечность? Как можно быть настолько жестоким и бессердечным? Единственное, чего мы хотим, — беспристрастного расследования и справедливого наказания виновного в смерти моего брата. Это письмо крик души. Прошу всех прочитавших оказать помощь в установлении справедливости, чтобы правоохранительные органы по закону и по совести реагировали на такие общественно-резонансные факты». 

Спустя несколько дней после того, как обращение появилось в соцсетях, мы связались с Анной, чтобы узнать, как продвигается расследование по трагическому ДТП, в котором погиб ее младший брат. 

Выяснилось, что разместить письмо в Интернете Анну вынудил «полный штиль», сопровождавший родственников на протяжении семи дней после случившегося. 

— Был всего лишь один звонок от дознавателя К. Дюсенова, который спросил нас, правда ли, что мы идем на мировую, как известили его представители другой стороны, и попросил прийти к нему, обсудить детали, — рассказывает девушка. — Мы пришли, встретились там с адвокатом со стороны виновника ДТП. Он выразил нам соболезнования и принес извинения от лица родителей Тимерлана Абылхаирова. Спросил, не нуждаемся ли мы в материальной помощи. Мы отказались, посоветовав ему сходить в больницу к искалеченной девушке, у которой еще есть шансы на спасение и которой нужны дорогостоящие обследования и медикаменты. Справедливости ради отмечу, адвокат после нашего предложения, действительно, побывал в лечебном заведении и отдал родственникам пострадавшей, как я слышала, сто тысяч тенге. Но ни самого виновника аварии, ни его родителей никто из нас так и не увидел. Да и адвокат, с которым мы общались, по большей части задавал наводящие вопросы, чтобы выяснить, как мы поняли, все подводные течения, которые могут появиться в этом деле и заранее подготовиться к ним. Такие выводы мы сделали не на пустом месте, а исходя из имеющихся у нас фактов и действий этих людей. 

Анна рассказала, что в тот роковой день ее брат вместе с друзьями вернулись с Балхаша, где отдыхали компанией. 

— Всего ездили пять человек, — говорит она. — Поначалу хотели ехать на имеющейся у кого-то машине, но родители категорически запретили, поэтому отправились железной дорогой. Поезд приходит в Караганду в половине шестого утра. На вокзале их встретил брат одной из девушек. Все погрузились в его «Хюндай», и он повез их по домам. Когда подъехали к перекрестку перед КарГУ, в том месте, где дорога поворачивает на Федоровское водохранилище, «Тойота», двигавшаяся по крайнему левому ряду, замигала лампочкой правого поворота, а сама неожиданно повернула направо, подрезав тем самым «Хюндай», который ехал прямо, чиркнув его по касательной по левому боку. После этого удара «Хюндай-Акцент» врезался в железное ограждение университетского двора, припечатавшись к нему задней дверцей, возле которой сидел мой брат. Антона просто раздавило, как скажут потом нам в морге: он оказался зажатым между смятой внутрь дверцей и находящимися в салоне людьми. И хотя в справке о смерти причиной его кончины судмедэксперты указали ушиб и отек головного мозга, патологоанатом, делавший вскрытие, пояснил, что сопутствующих повреждений было так много, что шансов выжить у него практически не было: все внутренности были оторваны. В заключении это звучало как «тупые травмы головы, живота и грудной клетки». Были также раздроблены тазовые кости, сломана нога… Живого места, в общем, не осталось. Очень сильно пострадала и одна из девушек, сидевшая сзади рядом с ним, Кристина Фоменко. Она тоже получила множественные переломы и ушиб головного мозга. Остальным крупно повезло. Водителя и пассажира на переднем сиденье спасли подушки безопасности. Две другие девушки хоть и травмировались, но не так страшно, как их приятельница. 

По словам участников аварии, после такого удара дверцы машины перекосило и заклинило. Водитель «Хюндая» с трудом вытаскивал пострадавших по очереди — действовать пришлось в одиночку, так как у сидевшего рядом с ним пассажира был раздроблен локоть. 

— Мне потом рассказали, что в отчаянии он обратился к водителю и пассажирам «Тойоты»: «Ну, помогите же!». А в ответ услышал: «Что их трогать? Они уже всё, готовы», — рассказывает Анна. — Знаете, я не собираюсь утверждать, что эти парни, которые ехали в «Тойоте», нарочно подрезали «Хюндай» или хотели совершить ДТП. Наверное, это вышло случайно. Но помочь-то пострадавшим они могли! Однако на записи, сделанной камерой наружного слежения, видно, что они даже не приближались к искореженной машине. Вместо этого они достали свои мобильники и принялись названивать родственникам да знакомым и рассматривать повреждения на собственном авто. А потом, со слов участников ДТП, с их стороны последовали агрессивные словесные выпады, обещания, что пострадавшие, мол, еще прочувствуют, с кем имеют дело. 

— Да мы бы никогда и не узнали, кто совершил ДТП, в котором погиб мой брат, если бы молодые люди из «Тойоты» не кичились своими блатными родственными связями и не заявляли во всеуслышание, кем являются их папы, дяди и тети, которые все «разрулят». Мы, когда немного отошли от шока, от связанных с похоронами хлопот, стали сами ходить по инстанциям, кругом заявления написали, в том числе и в прокуратуру. В этом ведомстве мы впервые узнали, что ДТП зарегистрировано в едином реестре дорожных происшествий и по нему проводятся экспертизы, есть протокол опроса виновника аварии, однако что в нем написано и чем молодой человек объясняет все случившееся, нам узнать не позволили.

Анна Ермачева добавляет, что, когда они стали искать видео с камеры наружного наблюдения, установленной на том роковом перекрестке, выяснилось, что записи нет. 

— Мы так до конца и не поняли: то ли камера не работала, то ли была повернута в другую сторону. Что тоже очень странно. Зачем тогда тратятся деньги на покупку и установку приборов, если потом выясняется, что они не работают? — говорит девушка. — Хорошо, что еще одна камера была на доме, что стоит рядом с дорогой. Картинка на записи, конечно, темноватая, но все равно видно, что запечатлена именно данная авария и что это именно те машины, которые официально зафиксированы в протоколе. Можно также разглядеть, что перед тем, как совершить неправильный поворот, «Тойота» сначала подставила «зад» следующей за ней машине, потом начала перестраиваться, и уже затем, при левом включенном поворотнике завернула направо. 

В социальных сетях главным фото Анна поставила свою свадебную фотографию — на снимке она в великолепном белом платье и фате, а рядом с ней сидит брат, ныне покойный. Девушка поясняет, что буквально за неделю до трагедии она вышла замуж.

— Антон принимал самое деятельное участие в этом мероприятии, — рассказывает Анна, — готовил конкурсы, участвовал в шуточных ритуальных обрядах — в частности вел торг с друзьями жениха, требуя за невесту выкуп. После долго юморил по этому поводу, обмениваясь сообщениями с друзьями в соцсетях, что вот, мол, продал сестру. И как жаль, что она у него единственная, если бы он знал, какие барыши может принести продажа сестры, то непременно запросил бы у родителей побольше всевозможных сестер. 

Анна признается, что с братом у нее были самые доверительные взаимоотношения. 

— Редко можно встретить между братьями и сестрами такое взаимопонимание, какое было между нами, — говорит Анна, — я могла поделиться с ним своими тайнами и сомнениями, а он — своими. Несмотря на то, что Антом был младше, я частенько обращалась к нему за советом, потому что рассудительности и ума ему было не занимать. 

— Вообще, если бы кто-то знал, какого братика я потеряла, — в голосе девушки чувствуются слезы, — он бы сразу понял мои чувства. Антошка со школы занимался спортом, у него много наград за участие в соревнованиях юниоров — медали по таэквондо и рукопашному бою. Мальчишка не пил и не курил, честный был, отзывчивый, заботливый. Ну как такое возможно, чтобы именно такой человек погиб в нелепой аварии?! Метров пятьсот Антошке до дома оставалось. Представить даже трудно: почти пустая дорога, и две машины на ней, которые не смогли разъехаться. Наверное, надо было сильно постараться, чтобы спровоцировать эту аварию. 

Анна добавляет, что на ее письмо в соцсетях очень оперативно отреагировал заместитель руководителя департамента по делам госслужбы и противодействию коррупции по Карагандинской области Дидар Смагулов.

Он не только выразил соболезнование семье, но и пообещал содействие в расследовании ДТП, пообещал информировать о результатах, дал конкретные рекомендации. 

— По его совету мы сходили на прием к руководителю департамента Е. Ибраимову, — говорит Анна. — Он выслушал нас, пояснил, что сами вести расследование не могут — этим занимаются сотрудники ДВД области, но взять это дело под контроль и отслеживать ситуацию пообещал, добавив, что письмо соответствующего характера и содержания ими уже подготовлено и отправлено в адрес начальника полицейского ведомства. 

 

Татьяна ЛЕБЕДЕВА 

Фото из семейного архива