— В доме моего брата по стенам пошли сквозные трещины, они разъезжаются на глазах, потолки сыплются, двери и окна перекосились, стекла держатся на скотче, а некоторые давно затянуты полиэтиленом, — рассказывает Бейбут Хабдраш, поскольку хозяина дома, Бауржана, в наш приезд не оказалось дома. — Но и это не спасает. Пленка, ставшая  в некотором роде маячками для здания, тоже рвется. Крыша вообще на честном слове держится.  

— Когда в заводском карьере начинаются взрывы, мне кажется, что они месячный план за один день выполняют, — говорит другой житель улицы Чайковского, Сергей Плясунов. — Бабахает каждые пятнадцать минут. Если бы они взрывали в разные дни, возможно,  не было бы такого вреда. 

— Мы уже устали без конца ремонтировать свои дома, ущерб нам никто не возмещает, — возмущаются люди. — Все за свой счет делаем и при этом живем в постоянном страхе, что после очередного взрыва стены сложатся и погребут нас под собой.  Раньше такого не было, взрывные работы на заводе проводили, конечно, но здания от этого не страдали. А в этом году взрывать стали очень близко и часто, буквально в двух километрах от нас. Не знаем, что теперь делать. К этим работам добавились и испытания, проводимые предприятием ТОО НПП «Интеррин». Они там взрывные вещества изготавливают, тоже что-то подрывают без конца. 

Со своей бедой Бауржан Хабдраш пришел на отчетную встречу акима города Темиртау, поскольку Актау территориально относится именно к  нему,  и задал вопрос по поводу домов на окраинных улицах — Чайковского и Энгельса, которые разрушаются из-за промышленных испытаний. 

Аким Темиртау Галым Ашимов пообещал взять ситуацию под контроль, предупредив, что на решение поднятой проблемы потребуется время, так как на проведение взрывных работ у предприятия есть разрешение Правительства. 

— Между домами и заводом должно соблюдаться определенное расстояние, — сказал он. — Мы попросим у руководства цементного завода всю информацию об этом. 

А присутствующий на встрече с актаусцами гендиректор предприятия «ЦентралАзияЦемент» пояснил, что подрывные работы проводит подрядная организация — по графику и со  всеми нормами безопасности. Что касается разрушения домов, то вопрос этот нужно выяснять с каждым частником индивидуально.  

Посмотреть на масштабы разрушения жилых домов и выслушать жителей поселка мы отправились сами. Побывали и у акима, поинтересовавшись у него, что делается для решения серьезной проблемы. Глава поселка заверил, что в курсе происходящего, уточнив, что жалобы стали поступать с прошлого года и они единичные. И подчеркнул, что содержать свое жилище в надлежащем виде дело самих жильцов. 

— Там на этих улицах — Чайковского и Энгельса, по 15-20 домов, но недовольны почему-то только двое из них, — сказал Айдос Ордабаев. — Да, взрывы проводятся — когда утилизация, испытания на ТОО НПП «Интеррин», но закладки не такие мощные, чтобы приносить ущерб поселковым строениям. Только у одного или двух жителей дома начинают после этого  сыпаться. 

— Хорошо, пусть даже один дом после взрывов пришел в негодность. Разве это не повод для беспокойства и принятия мер? — не могли не поинтересоваться у него.  

— Выезжали, осматривали. Там кое-где треснула и упала штукатурка, — говорит  Айдос Ордабаевич. — Но ведь каждый должен за своим домом ухаживать, проводить своевременный ремонт, в том числе за грунтовыми водами следить, чтобы не было подтопления. 

Аким уточняет, что наиболее остро вопрос о состоянии жилья в частном секторе этой части населенного пункта встал весной прошлого года. 

— У одного хозяина — Бейбута Хабдраша — деформация пошла, перекосило проемы и заклинило двери. Он обратился, мы составили акт, потом совместно с управлением по ЧС создали комиссию, которая дала заключение, копия этого документа есть, в том числе и у него на руках. 

Акт обследования дома по адресу: улица Чайковского, 32/2  от 30 июля 2015 года показали в акимате и нам. В нем говорится, что в ходе осмотра были выявлены трещины снаружи и внутри дома, расхождение стыка между верандой и домом, частичное осыпание штукатурки потолочного покрытия в одной из комнат, присутствие влажности воздуха в доме, но повреждений несущих конструкций членами комиссии замечено не было.  Хозяину дома рекомендовали обратиться к специализированным организациям, имеющим статус эксперта по экспертным работам и инжиниринговым услугам с правом осуществления технического обследования надежности и устойчивости здания для выявления технического состояния и получения соответствующего заключения. 

— А люди приезжают и требуют, причем уже не только прекращения взрывов, но и возмещения ущерба, — говорит поселковый аким. — Но у нас нет ни средств, ни оснований для подобной компенсации. 

Далее глава населенного пункта пояснил некоторые производственные моменты упомянутых предприятий. 

— Со стороны улицы Чайковского никакого карьера нет, там просто полигон, где испытывают мощность зарядов. Находится эта площадка в пределах двух километров от жилых домов. Карьеры цементного завода находятся еще дальше — в двух-трех километрах от поселка. Причем как у цемзавода, так и у «Интеррина» все проводится согласно нормам и правил. Над ними есть контролирующие организации, в том числе КНБ, которые строго следят за их деятельностью. 

Вместе с тем, подчеркнул Айдос Ордабаев, ОО НПП «Интеррин» тем же актом обследования жилья было рекомендовано уменьшить количество и мощность производимых взрывных работ.

— Совещания с ними мы еще не проводили, но будем просить, чтобы закладка зарядов разрабатывалась таким образом, чтобы не было побочных эффектов для жилых построек. 

— Так все-таки факт разрушения домов от взрывов вы все-таки признаете? 

— Мы посоветовали жителям  обратиться в ведомство по защите прав потребителей, бывшую СЭС, чтобы замерили децибеллы, и они смогли доказать свою правоту, — говорит аким. — Почти год прошел, но люди ничего не предприняли. «Интеррин» всегда открыт для диалога, попробовать можно поговорить с его руководством, но это уже не наше право, ведь предприятие частное. Могу лишь выступить в этом деле посредником и организовать встречу жителей поселка с представителями предприятия. Но из двенадцати домов на улице Энгельса к нам обратился хозяин лишь одного из них.  Причем это не самая крайняя улица, после нее есть еще улицы — имени Шевченко и Зои Космодемьянской. Но никто оттуда не жалуется. 

Побывав на указанных улицах, мы поняли, почему люди больше не шумят, не кричат и не пишут. 

— На дворе двадцать первый век! На любом предприятии должны быть санитарные нормы для любого вида деятельности, — говорит Сергей Плясунов. — Они что, не знают, где и что взрывают? Неужели мы должны ходить и доказывать, что наши дома разваливаются на куски именно по этой причине? С работы придешь, ляжешь отдохнуть — диван так трясется, аж подбрасывает. Без замеров уже видно, что крыша провисла, все подоконники дугой. В любой момент все может рухнуть. 

У его соседа через дорогу, Сергея Шулаева, так и вышло. В ночь на 1 января обвалился потолок в спальне, сразу над всей комнатой. 

— Хорошо, что мы Новый год отмечали и были в этот момент в зале за столом, — говорит мужчина, — иначе не разговаривал бы сейчас с вами. И у меня, и у соседа маленькие дети, они пугаются. Да нам самим страшно. Находиться дома стало теперь небезопасным.  

Следы разрушения демонстрируют также мама и брат Бауржана Хабдраша. У них тоже в комнатах обрушились потолки – к счастью, пока частично, подоконники отошли от стен, рамы и дверные косяки перекошены, стекла в них не держатся. 

— Нам советуют, чтобы мы за домом лучше следили, старый, мол, ветхий, 1961 года постройки, выработал свой ресурс, а взрывы ни при чем, — говорит Бейбут Хабдраш. — Мы вместе с братом к дому уже пристройку сделали, чтобы укрепить стены, думали, дополнительное строение будет гасить вибрацию. И что в итоге? Посмотрите, она уже отошла от стены и тоже разрушается, хотя новая. 

— Посуда в шкафах постоянно дребезжит, все шатается, — поддерживает сына Ибабай Тумар. — Что делать, как жить?

Жители улицы Чайковского уверяют, что не сидят, сложа руки, а регулярно звонят на предприятие, производящее взрывы. Там на некоторое время утихают, а затем все повторяется. 

— Даже в сильный мороз взрывают, хотя это категорически запрещено, —  говорят жители поселка, поневоле изучившие во всех нюансах  тонкости  беспокоящего их производственного процесса. 

— Не соответствует нормам ни отдаленность полигона от жилых домов, ни частота взрывов, — говорит Сергей Плясунов. — Тут от силы два километра, а должно быть не менее пяти. У нас свет в домах гаснет от этого грохота и сотрясений. 

На независимую экспертизу, говорят люди, просто  нет денег, все средства уходят на поддержание своих жилищ. Кстати, на улицы, страдающие от взрывных работ, аким поселка с журналистами не поехал, а послал своего заместителя, который вместе с нами выслушал недовольство и мнение живущих здесь людей. 

Мы поинтересовались у него, что же людям делать. Ведь завтра они могут остаться без крыши над головой.           

—  Пусть ищут специализированные организации, занимающиеся экспертизой аварийных зданий, и обращаются туда, получают заключение. У нас таких приборов нет, — ответил он. 

 

Татьяна ЛЕБЕДЕВА 

Фото Александра КОХАНОВА