Напомним, страшное преступление произошло в ноябре прошлого года, в 6-ом микрорайоне Темиртау. Клиенты расправились с водителем такси прямо в его машине. Как следует из материалов уголовного дела, они нанесли мужчине шесть ножевых ранений, повредив сонную артерию. По словам одного из обвиняемых, расправу над жертвой он учинил, припомнив былые обиды. А поводом послужила невинная просьба погибшего пристегнуться ремнем безопасности. 

Согласно материалам дела, вечером 18 ноября двое молодых людей, 25-летний Иванов и 21-летний Петров, позже оказавшиеся на скамье подсудимых, коротали досуг в подъезде дома, попивая пивко. Когда алкоголь закончился, пошли к общей знакомой, которая жила поблизости,  в надежде на «продолжение банкета». Из гостей они вызвали такси. На обслуживание заказа приехал  ничего не подозревающий Арнал. 

Сев в подъехавшую  машину, один из нетрезвых парней сразу узнал в водителе своего старого знакомого. «Вот так встреча!» — сказал он. За несколько лет до роковой встречи Курманбаев работал в горвоенкомате и по делам службы сталкивался со своим будущим убийцей, когда тот достиг призывного возраста. Застарелые обиды, оставшиеся со времен призыва в армию, неожиданно ярко вспыхнули в сознании отслужившего морского пехотинца. Свою неприязнь к бывшему сотруднику военкомата он излил неоправданно жестоким способом.  

Иванов сел на переднее сиденье рядом с водителем, а его приятель Петров разместился сзади и якобы сразу уснул. Конфликт между водителем и пассажиром возник из-за того, что таксист попросил клиента накинуть ремень безопасности. Просьба вызвала неожиданно бурную реакцию: Иванов принялся высказывать затаенную злобу. Машина тем временем приехала по названному адресу — к магазину «Бриз», где и наступила развязка.  

Во время словесной перепалки, длившейся весь путь, Иванов достал из кармана нож и ударил Курманбаева. Потом заметил возле водительского сиденья портмоне и поднял его. Находившаяся там сумма (в кошельке лежало три  тысячи тенге) показалась Иванову ничтожно малой, и он стал требовать у таксиста еще денег. Водитель попытался выйти из машины, но получил еще несколько ударов ножом. Он был еще в сознании, хотя лезвие задело сонную артерию и кровь из раны хлестала фонтаном. 

В это время, согласно первоначальным материалам следствия, проснулся Петров и попытался успокоить приятеля, но было уже поздно. Водитель был смертельно ранен, хрипел и истекал кровью. Именно в это время две женщины, проходившие мимо машины, обратили внимание на то, что в салоне припаркованного такси происходит какая-то возня, и отчетливо услышали фразу: «Мочи его!». Зайдя в магазин, прохожие позвонили в такси (на машине был номер диспетчерской службы) и сообщили об этом подозрительном факте. Несмотря на то, что  парни успели скрыться с места преступления до приезда полиции, их быстро установили и задержали. 

 

Иванов изначально обвинялся по ч. 1 ст. 96 УК РК — убийство, но родственники погибшего требовали ужесточить наказание и судить его за убийство, сопряженное с разбоем. 

Но больше всего вопросов к следствию у родственников Арнала было по поводу Петрова. Его выпустили из следственного изолятора под подписку о невыезде, поскольку парень проходил по статье 364 УК РК — недонесение о преступлении. После соответствующей жалобы потерпевшей стороны дело отправили на доследование в ДВД Карагандинской области. После этого Петров, ранее проходивший в этом уголовном деле свидетелем, был признан подозреваемым и взят под стражу. Согласно новому обвинительному заключению, в момент убийства Петров не спал, а удерживал таксиста в момент расправы за плечи и руки.

— В ходе следствия было доказано, что разбой и умышленное убийство подозреваемые  совершили совместно из корыстных побуждений, — подчеркнула на процессе прокурор. — Подсудимый Иванов вину в предъявленном обвинении признал частично. Петров вину не признал, пояснив, что спал в это время, а увидев, как приятель наносит таксисту удары, растерялся и сидел, откинувшись на сиденье и не зная, что делать. Но сторона обвинения считает, что вина подсудимых доказана полностью теми фактическими данными, которые были исследованы в суде. А именно показаниями Иванова в ходе предварительного следствия, где он сознается в причастности Петрова к убийству, показаниями непосредственных очевидцев случившегося,  слышавшими фразу: «Мочи его!», а также заключениями судебных экспертиз и другими материалами уголовного дела. 

— Погибший не был пристегнут ремнем безопасности, и, соответственно, третье лицо, посторонняя сила удерживала водителя и не позволяла ему выйти из машины. Это подтверждают свидетельские показания. Один из свидетелей сообщил, что в момент его приезда на место убийства Курманбаев находился на водительском сидении и не был пристегнут, — сказала она. — Также, согласно показаниям свидетелей, Петров был в красной куртке, которую впоследствии уничтожил, скрывая улитки. Куртка обнаружена не была, однако на обуви Петрова нашли кровь, которая могла принадлежать убитому.

 

Прокурор также обратила внимание участников процесса на поведение Иванова в зале суда, где он неоднократно пытался изобразить себя невменяемым, и его циничное отношение к потерпевшим. 

— При допросе, несмотря на слезы и мольбы родственников погибшего не останавливаться на подробностях убийства, Иванов продолжал в деталях описывать, как умирал Курманбаев, причиняя тем самым родным жертвы еще большую боль, — сказала прокурор. — Это говорит о том, что подсудимый не только не раскаялся, но даже бравировал своими действиями… 

На безразличное отношение к человеческой жизни, по ее мнению, указывает и то, как были нанесены ранения, их локализация и сила ударов. Лезвие ножа, к примеру, вошло в тело погибшего на 6-7 сантиметров — свидетельство того, что преступник не намеревался оставлять таксиста в живых. 

Особого внимания заслуживает поведение обвиняемого Иванова на суде. На последних заседаниях у него стали проявляться непонятные психические расстройства. Молодой человек то раскачивался из стороны в сторону, то трясся, то делал вид, что не понимает обращенных к нему вопросов, произносил странные фразы, постоянно повторял: «Дайте мне куртку, я пойду домой». Из-за этого два заседания суда были сорваны. Адвокат подсудимого даже заявил ходатайство о повторной психолого-психиатрической экспертизе, но судья отклонил его. 

Дело в том, что первое исследование показало, что подсудимый абсолютно здоров и вменяем. Перед тем как приступить к прениям сторон, судья заслушал показания экспертов. Первым перед судом выступил врач-психиатр следственного изолятора, который сообщил, что Иванов находится в стрессовом состоянии, которое часто испытывают все заключенные. Однако стресс никак не влияет на его психологическое здоровье.

— Психотропные препараты он не получает, в целом ориентирован полностью. На вопросы отвечает правильно, память и интеллект не страдают. Острого психического расстройства в настоящее время нет. Его состояние расцениваю как стрессовое, — заключил специалист СИЗО. 

 

На основании всего вышеперечисленного обвинитель попросила суд дать обоим подсудимым максимальный срок — 25 лет колонии строгого режима с конфискацией имущества.

С этим не согласилась адвокат, заявив, что ее подзащитный отрицает разбой, а сам факт разбойного нападения ничем не подтверждается, и попросила суд исключить данную статью обвинения, а по статье «Убийство» назначить минимальное наказание, так как никаких прямых доказательств его причастности к нему нет.

— На протяжении всего досудебного расследования и судебного разбирательства Петров дает неизменные, последовательные показания. Он отрицает свою причастность к разбойному нападению и убийству, — сказала она. — Полагаю, что в его действиях усматривается недонесение о совершенном преступлении.

Петров в последнем слове попросил прощения у родных погибшего таксиста и извинился за то, что вовремя не сообщил о преступлении, отрицая свою причастность к убийству.

Однако судья посчитал вину обоих подсудимых доказанной. Иванову назначили 25 лет колонии строго режима с конфискацией имущества, его подельнику — 23 года колонии строгого режима с конфискацией.

Также суд постановил частично удовлетворить исковые требования потерпевшей стороны. Жена погибшего таксиста требовала, чтобы подсудимые солидарно выплатили ей за нанесенный моральный вред 5 миллионов тенге и возместили материальный ущерб в размере 184 тысяч тенге (та  сумма, которую родным погибшего удалось документально доказать). Суд снизил размер моральной компенсации до 4 миллионов тенге. 

— Конечно, хотелось бы, чтобы они получили наказание еще более жесткое, — сказал отец погибшего. — Но назначенный им срок нас удовлетворяет. 

Приговор еще не вступил в законную силу.  

 

Татьяна ЛЕБЕДЕВА