В середине октября этого года сотрудники криминальной полиции Юго-Восточного ОП УВД г. Караганда по подозрению в грабеже задержали двух молодых людей, Геннадия Воробьева и Олжаса Исаева. В ходе досудебного расследования парней поместили в изолятор временного содержания. Как положено, незадачливым грабителям для защиты их прав и интересов предоставили двух адвокатов. В их число попал и 38-летний Мажит Нурбаев. Но юрист оказался обычным мошенником. Вникнув в подробности дела, он решил заработать шесть тысяч долларов США. Дело в том, что подозреваемых после трех дней пребывания в ИВС должны были отпустить под подписку о невыезде или под залог. Преступление они совершили средней тяжести, это был их первый привод в полицию и, кроме того, они имели постоянное место жительства. 

Конечно, адвокат об этом прекрасно знал, но попытался поудить в мутной водичке не без выгоды для себя. 

— После того как провели следственные действия, — говорит Геннадий Воробьев, — следователь принял решение о нашем задержании и водворении в ИВС. Моего адвоката не было — сославшись на срочные дела, он ушел. А Мажит Нурбаев остался. Попросил его дать мне сотовый телефон, чтобы позвонить маме и сообщить ей о своем задержании. Адвокат протянул свой мобильник… Перед тем как нас отправили в ИВС, Нурбаев зашел в кабинет следователя и около тридцати минут о чем-то с ним разговаривал. Потом вышел, подошел к нам.  Сказал, что каждый из нас должен дать ему по 3 тысячи долларов, и тогда он решит вопрос о нашем освобождении из ИВС с его каким-то знакомым прокурором. При этом данные прокурора не назвал. Олжас сразу отказался, сказав, что при всем желании он таких денег не соберет. Тогда я предложил Нурбаеву, чтобы он позвонил моей маме. После этого меня с Олжасом забрали в ИВС, а адвокат ушел. 

Мажит Нурбаев стал руководствоваться принципом: куй железо, пока горячо. Ведь на все про все он в своем распоряжении имел менее трое суток. 

— 11 октября около 22.00 мне на мобильный телефон позвонил мужчина, — рассказывает Елена Воробьева. — Он представился адвокатом и поинтересовался, кем является мне Геннадий Воробьев. Ответила, что это мой сын. После чего адвокат посоветовал мне подъехать в отдел полиции, сотрудники которого задержали моего сына. Он передал трубку следователю, подтвердившего, что Геннадия, действительно, задержали... Адвоката встретила возле дежурной части. С ним вышли из отдела полиции. Тогда Мажит Нурбаев стал говорить о том, что может помочь в том плане, чтобы моего сына не посадили. Добавил, мол, у него в районной прокуратуре имеются знакомые, поэтому вопрос можно запросто решить. Сразу догадалась, на что намекает. Спросила прямо: «Сколько это будет стоить?» — «Три-четыре тысячи долларов». Сказала: «Мне надо подумать». Услышала в ответ: «Думайте… Завтра свяжусь с вами с утра».

 

На следующий день женщина сама связалась с адвокатом, который назначил ей встречу в центре Караганды. Во время разговора с ним она незаметно включила диктофон на своем сотовом телефоне. Так был записан этот диалог:

— Могу решить вопрос по сыну за три тысячи долларов с сотрудниками прокуратуры...

— Хорошо. Но мне надо время, чтобы найти такие деньги.

При этом юрист согласился взять не валюту, а 1 млн отечественных тенге. Договорились, что эту сумму Елена Воробьева передаст ему уже завтра. Затем мать задержанного молодого человека обратилась с заявлением  в антикоррупционную службу. А в качестве нечистоплотности адвоката предоставила диктофонную запись разговора с ним. 

— 13 октября сотрудники антикоррупционной службы передали мне 1 млн тенге, обработанные специальным химическим веществом, — отмечает Елена Воробьева. — Мне также вручили женскую сумку со скрытой видеокамерой. Все это фиксировалось, составлялись соответствующие протоколы… Предварительно созвонившись, М. Нурбаев подъехал ко мне на бульваре Мира. Первым делом поехали в районную прокуратуру. По словам адвоката, там нас ждали. Когда подъехали к прокуратуре, Нурбаев стал интересоваться насчет денег. Показала миллион, попросила пересчитать. Он буквально вырвал деньги из моих рук и положил в свою сумку. Вышел из машины и направился в здание прокуратуры.  Через несколько минут появился, сел в салон. Сообщил, что решил вопрос с моим сыном, которого сегодня в 15.00 отпустят. Попросила адвоката отвезти меня к торговому центру, где меня должна ждать подруга…

Юрист обладал отменным чутьем. Он не был настолько наивен, чтобы ничего не бояться и не опасаться. Постоянно находился настороже. Адвокат остановился у торгового центра, Елена Воробьева уже собиралась выйти из автомобиля. В это время Нурбаев сумел узреть двух крепких молодых людей, которые бросились к его машине. Сразу сообразил, кто они.

— Я еще не успела и шага сделать из салона, — говорит женщина, — как он так резко тронулся с места, что я выпала из машины. Повезло, что при этом не получила сильных ушибов, не попала под колеса. Вместе с сотрудниками антикоррупционной службы последовали за Нурбаевым.

Адвокат явно пытался сбежать. За ним гнались до самого Майкудука, где юриста и задержали. Во время погони он мог запросто избавиться от главной улики — одного миллиона тенге. Но юрист до последнего надеялся на чудо — вдруг удастся сбежать. Но чуда не произошло.

 

Следователь, который вел дело по факту грабежа, находился в недоумении: куда вдруг пропал адвокат Нурбаев? Хотя необходимо было соблюдать все положенные процессуальные действия.

— 13 октября вышел с ходатайством в прокуратуру, — говорит он, — об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей. Однако прокуратура в этом отказала, после чего подозреваемых отпустили. В прокуратуре защитник Нурбаев отсутствовал. Несколько раз пытался связаться с ним, но телефон адвоката почему-то оказался отключенным. А сотрудники прокуратуры мне объяснили, чтобы я для Олжаса Исаева нашел другого адвоката…

Откуда следователю было знать, что защитник уже в камере изолятора временного содержания?.. 

Внезапную пропажу адвоката заметили и подозреваемые. 

— Меня с Олжасом вывезли из ИВС на следственные действия, — отмечает Геннадий Воробьев. — В отделе полиции находились с 10.00 до 17.00. Приходил только мой адвокат, а защитник Олжаса почему-то не появился. К нему пытались дозвониться, но он не отвечал на звонки. Все находились в недоумении. В конце концов, нас выпустили из районной прокуратуры для обеспечения и предоставления залогового имущества. Вновь приходил только мой адвокат. Уже вечером узнал от мамы, что адвоката Мажита Нурбаева задержали сотрудники антикоррупционной службы. Он получил от моей мамы один миллион тенге якобы за мое освобождение под залог.

Мажит Нурбаев, которому предъявили обвинение в подстрекательстве к даче взятки должностному лицу и мошенничестве, полностью признал свою вину.

— Не оспариваю обстоятельства, квалификацию, доказательства по делу, — заявил он на процессе в Казыбекбийском районном суде. — Не отрицаю факта получения от Елены Воробьевой денег в размере одного миллиона тенге путем обмана и злоупотребления доверием. На самом деле эти деньги хотел оставить себе. Обманывал мать подозреваемого, говоря, что договорился с сотрудниками прокуратуры.  Знал, прокуратура не поддержит ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении подозреваемых. Прошу не лишать свободы, так как у меня плохое состояние здоровья — сахарный диабет 2 типа.

Мажита Нурбаева приговорили к двум годам ограничения свободы с привлечением к принудительному труду на 180 часов в год. Также его пожизненно лишили права на адвокатскую деятельность и тем более занимать должность адвоката.

 

Анатолий ИНОЧКИН