Мама погибшей в ДТП девушки обратилась в редакцию с просьбой предать огласке этот случай. Речь идет о ДТП, которое произошло в Темиртау 7 июля прошлого года. Возле супермаркета «Корзина» на пешеходном переходе была сбита Виктория Бродина, которая впоследствии скончалась от полученных травм в реанимации, не приходя в сознание. Во время расследования выяснилось, что человек, управлявший автомобилем во время аварии, не имел права вообще садиться за руль, так как был лишен водительских прав за вождение в нетрезвом виде. 

Родительница жертвы Любовь Бродина уточняет, что дочь переходила перекресток на зеленый свет. 

— Там трехполосное движение, дорога широкая, — говорит она, — на светофоре есть стрелка-указатель поворота. Но этот водитель, который сбил Вику, никуда поворачивать не собирался, ехал прямо. Когда дочь прошла уже больше половины пути, зеленый свет стал моргать, но ее по-прежнему ждали машины на третьей и второй полосе. До тротуара оставалось два шага, когда вылетела эта машина и на полном ходу сбила ее с ног. Она, наверное, и понять ничего не успела. 

Женщина добавляет, что виновник наезда так и не признал своей вины, не извинился, не пособолезновал, словно речь идет не о прерванной в самом расцвете жизни, а о какой-то мелочи, недоразумении. 

— Было возбуждено уголовное дело по ст. 346 ч. 4 «Управление транспортным средством лицом, лишенным права управления транспортными средствами, повлекшее по неосторожности смерть человека». 29 сентября 2016 года следователь составил обвинительный акт, который поддержал прокурор. 14 октября материалы дела поступили в городской суд Темиртау. И тут выясняется, что в деле появляется новый обвинительный акт, вынесенный уже другим прокурором, где последний квалифицирует деяния водителя, наехавшего на мою дочь, уже по ст. 345 ч. 3 «Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами, повлекшее по неосторожности смерть человека». На документе стоит дата: 7 октября 2016 года. 

Женщина уверяет, что об этом ее никто не предупредил, наоборот, ей сообщили, что суд принял дело по первоначальной квалификации, и откуда, на каких основаниях взялся второй обвинительный акт, ей неизвестно. 

— Далее суд, не сменив постановление о принятии уголовного дела, продолжает его рассматривать, но уже по ч. 3 ст. 345. Итогом явилось то, что производство по делу было прекращено в связи с применением закона об амнистии. 

 

Женщина говорит, что у нее сложилось такое впечатление, что прокуратура Темиртау переквалифицировала деяния водителя задним числом, с целью увода виновного от уголовной ответственности. 

— Сложившуюся ситуацию лично мне в прокуратуре объяснили так: если бы водитель в момент совершения ДТП был пьян, то ст. 346 подходила бы, но так как в деле имеется заключение врача-нарколога о том, что владелец авто во время аварии был трезв, значит, правильнее применить к нему ст. 345. А тот нюанс, что он был лишен водительских прав, якобы не имеет значения, потому что такого пункта в законе нет. То есть по их гениальному умозаключению, каждый лишенный водительских прав мог садиться за руль, сбивать людей и не нести за это никакого наказания, потому что вышел закон об амнистии?! Однако мне хочется обратить внимание на то, что переквалификация чудесным образом появилась в деле именно тогда, когда был обнародован проект закона об амнистии. И мне не кажется это случайным совпадением. Как пояснили мне юристы, лишение прав является особенностью диспозиции статьи 346. Если бы эта статья не подходила, то на предварительном следствии сразу бы квалифицировали его деяние по ст. 345. 

 

Сомнения вызывает у Бродиной и заключение об освидетельствовании на предмет употребления алкоголя и наркотических средств. 

— На самом деле на этом документе отсутствуют фамилия и подпись врача, который проводил экспертизу, — говорит она, — что является нарушением. Помимо этого водитель «Жигулей» нарушил правила проезда перекрестков, что не было отражено ни в одном процессуальном документе. 

Женщина рассказывает, что прокуратура проигнорировала ее жалобу, в которой она указала на все эти огрехи, а устно ответили, что не видят в действиях своих сотрудников ничего противозаконного. Любовь Михайловна вынуждена была обратиться в Карагандинскую областную прокуратуру, где поначалу ей отвечали то же самое: мол, сотрудники прокуратуры имеют право смягчать или менять квалификацию, а то, что обвинительный акт идет вразрез с постановлением суда о принятии дела к своему производству, то это проблема чисто суда. И посоветовали ей все свои доводы приводить именно там. 

— Поскольку приговора не было и дело было прекращено в связи с амнистией, апелляция в областной суд — моя последняя надежда, — говорит Любовь Бродина. — У меня есть ответы, полученные мною в вышеперечисленных инстанциях, имеется видеозапись ДТП. Мне непонятно, почему убийца моей дочери избежал наказания. А мои чувства, смерть молодой девушки не в счет? 

 

Трудно описать горе родителей, потерявших детей. Еще труднее представить, какое отчаяние и боль может испытывать мать, когда гибнет ее единственное дитя, надежда и опора, смысл всей жизни. У Любови Михайловны Бродиной сложилась именно такая ситуация: она рано овдовела, и погибшая Виктория была ее единственной кровиночкой. Как бы тяжело ни было, существование скрашивала именно дочь. По словам женщины, словно в утешение девушка выросла на редкость умной, трудолюбивой, добропорядочной. 

— Вика олицетворяла собой мечту любого родителя, росла жизнерадостным ребенком, была активна, подвижна, любознательна, — рассказывает мать. — Хорошо училась, поступила на грант в университет, параллельно профессионально занималась спортом, входила в областную сборную команду по футболу, замечательно играла на гитаре — легче перечислить то, чем она не увлекалась. При этом все у нее получалось, все ладилось. Она и на каникулах всегда была занята чем-то полезным. Несколько лет подряд работала вожатой в детском лагере «Дискавери-Боровое». Собиралась продолжить обучение и получить российский диплом. В тот злосчастный для нас день Вика отправилась за медицинской справкой — собирала документы для поступления в российский вуз. Химиком хотела стать. А этот лихач одним махом раздавил все ее планы, лишил меня счастья, радости, надежды, всего... 

Женщина добавляет, что дочь погибла ровно через месяц после своего дня рождения. 

— Только-только двадцать один год исполнился… До сих пор не могу поверить, что ее нет… Тот, кто задавил Вику, не только был лишен водительских прав и не должен был вообще садиться за руль, выяснилось также, что у него уже была судимость. А его все равно выпустили на свободу. Получается, этот человек, нарушитель-рецидивист, будет ходить, дышать, наслаждаться жизнью, а моя девочка никогда не взглянет на солнце. Где справедливость? 

 

 

P.S.

 

Когда материал был уже готов к печати, Любовь Бродина сообщила, что Карагандинский областной суд своим апелляционным решением отменил постановление суда первой инстанции о применении к нарушителю ПДД амнистии и направил дело на доследование. 

— Как я поняла, обвинительная статья будет снова переквалифицирована, — говорит Любовь Михайловна. — Я удовлетворена, вернулась вера в закон и справедливость. Мою девочку, конечно, не вернешь, но и жить с занозой в сердце просто невыносимо. Тот человек за рулем автомобиля лишил меня дочери. Пусть ответит за это. 

 

Татьяна ЛЕБЕДЕВА 

Фото из семейного архива Бродиных