11676

Курсы валют

Доллар США

385.01

Евро

425.78

Российский рубль

6.05

Прогноз погоды

Караганда

-9

Астана

-10

Рассылка

новостей газеты «Криминальные Новости»

Криминальные новости

Рожайте и въезжайте!

Карагандинку, ставшую участницей жилищной программы «Нурлы жол» по льготному кредитованию, едва не выкинули из очереди. Поводом для исключения из списков оказалась… беременность дамы.

Ошарашенная заемщица принялась подробно изучать подписанный ею ипотечный договор и столкнулась с пунктами, дискриминирующими, на ее взгляд, некоторые категории людей.

— В договоре нет такого пункта, где бы говорилось, что беременность является препятствием для получения кредита, — говорит законный представитель заемщицы Жумабек Атнагулов. — Однако, согласно внутренним правилам кредитной организации, Марина Колесова попала в так называемую группу риска и должна выполнить несколько условий, к примеру, предоставить созаемщиков или внести стопроцентную оплату квартиры. Ни того, ни другого моя подопечная сделать не может.

Марина Колесова работает в системе здравоохранения и одна воспитывает сына. В 2008 году ее поставили в очередь как работника бюджетной организации, что позволило Марине участвовать в госпрограмме по получению ипотечного жилья. В ноябре 2026 года она открыла депозит «Тариф Бастау» в филиале «Жилстройсбербанка» и, согласно кредитной заявке, должна была получить квартиру в микрорайоне «Панель-Центр».

— Подтвердив свою платежеспособность и сделав 30-процентный взнос от стоимости жилья, в октябре 2017 года я получила ордер на двухкомнатную квартиру в указанной новостройке, — рассказывает Марина Колесова. — Однако сдача дома затянулась до февраля нынешнего года, и в банке потребовали от меня повторного подтверждения доходов. Принесла с работы справки, в том числе и о том, что с января нахожусь в декретном отпуске. Менеджер объявила, что из-за своего интересного положения я нахожусь в группе риска. И выдвинула ряд условий.

В конце февраля Марина получила из банка предупреждение о том, что через восемь дней договор с ней будет расторгнут, если она не приведет созаемщиков или полностью не выкупит квартиру.

— Мои родители — пенсионеры, единственный родной брат не имеет постоянного места работы и помочь мне не может, — говорит Марина. — В браке я не состою. И внести стопроцентную оплату, естественно, не могу.

При этом Марина разъясняет, что, несмотря на все жизненные невзгоды, до сегодняшнего дня она чувствовала себя более-менее независимой в материальном плане и была уверена, что сможет обеспечить себя и детей собственным жильем.

— Помимо основной работы постоянно брала дежурства, искала дополнительные источники дохода, — рассказывает Колесова. — За десять лет я твердо встала на ноги, обрела опыт работы, мне повысили оклад — его суммы, кстати, полностью хватало на покрытие жилищного кредита. Сейчас, находясь в декретном отпуске по месту основной работы, продолжаю работать в частной компании по гибкому и удобному для меня графику, что дает мне средства для существования. Имею социальные отчисления по беременности и родам максимального размера и по-прежнему способна выплачивать ежемесячный кредит в течение двух ближайших лет. Неужели этого недостаточно?

Колесова добавляет, что о своем домашнем очаге мечтает давно. Мысль о том, что она с детьми может остаться у разбитого корыта, приводит в отчаяние.

— Для чего тогда я разрывалась и сутками пропадала на работе? — задается Марина вопросом. — Чтобы мне сказали: или рожай, или не въезжай?

Представитель Марины, Жумабек Атнагулов, поясняет, что Марина далеко не беспомощная женщина, беременность свою она планировала.

— Несколько лет назад Марина открыла депозит в другом банке под хорошие проценты, чтобы иметь возможность гасить кредит, — говорит Жумабек Атнагулов. — К тому же, по закону на работе за ней сохраняется место и должность до достижения ребенком четырнадцати лет. А срок ее кредитования «Жилстройбанком» — восемь лет. Получается, никакого риска для этой организации нет. Но там почему-то все же решили перестраховаться, упирая на собственные внутренние правила и распоряжения.

Добровольный защитник Марины также сообщил о том, что в банке разъяснили: в созаемщики не обязательно брать только близких родственников, ими могут стать третьи лица.

— На мой взгляд, это лазейка для мошенников, — говорит Жумабек Атнагулов. — Созаемщик как бы навязывается, а ведь это, по сути, второй собственник квартиры, что чревато потерей недвижимости для участника программы.

В своем обращении, составленном на имя председателя правления «Жилстройсбербанка, Атнагулов в частности приводит слова председателя партии «Акжол» Азата Перуашева: «Если программа не работает по причине недостатков самой этой программы, то ее надо улучшать». Эти слова были сказаны мажилисменом в одном из интервью по поводу работы «Жилстройсбербанка» на сайте www.zakon.kz).

— Банк, пользуясь вложениями заемщика и манипулируя госжилпрограммой, а также государственными деньгами, по каким-то надуманным причинам оставляет вкладчика без квартиры, — говорит Атнагулов. — Это нарушает права человека, выполнившего перед этим все свои обязанности перед банком — прошел стадию отборочной комиссии, которая одобрила выдачу кредита, предоставил пакет всех необходимых документов и подтвердил платежеспособность. При этом ни в одном пункте договора и речи нет о том, что человеку при этом нельзя беременеть и рожать!

Забегая вперед, скажем, что данная ситуация разрешилась вполне благополучно. Пока материал готовился к печати, Марину и ее законного представителя принял управляющий филиалом «Нацбанка». Созданная им комиссия с участием всех заинтересованных сторон, рассмотрев представленные аргументы, пришла к заключению, что беременность женщины не может служить поводом для расторжения кредитного договора.

Дело за строителями. Ведь именно срыв сроков ввода дома в эксплуатацию едва не оставил мать-одиночку без своего угла.

Татьяна ЛЕБЕДЕВА