ЛЕД ТРОНУЛСЯ?

Житель Темиртау Станислав Войцеховский возмущен публикациями и комментариями на его счет, появляющимися в последнее время в СМИ и в интернет-пространстве.

— Друзья и знакомые спрашивают: почему я сдался, почему пошел на попятную? —  говорит Станислав. —  Люди недоумевают: нежели я так испугался стального магараджи
или меня больше не интересует экология родного города? Другие обвиняют, что я хотел попиариться и снискать себе лавры скандально известного Навального или Шария.

Напомним, темиртауский общественник Станислав Войцеховский получил широкую известность в области и за ее пределами после того, как стал снимать и размещать в интернете ролики 
об экологической обстановке в родном городе: начал с того, что показал, во что превратилась после летнего дождя новая кожаная куртка, как выглядит только что вымытая машина после
дождя и проч., а потом перешел к более масштабным съемкам, стараясь разобраться, почему в Темиртау такая ужасная экология – всего новоявленный блогер снял и выложил несколько
десятков сюжетов на эту тему, из которых наиболее нашумевшим стал фильм про трубу, который так и называется: «Дело – труба».

Вкратце расскажем о нем. Обеспокоенный, как и все жители города, выбросами заводских труб, Станислав решил пойти дальше бесплодных кухонных возмущений и провел собственное, почти детективное расследование в цехе химводоочистки, попытавшись узнать, что за жидкость течет, в частности, из трубы, которая выведена прямо из окна указанного производства за бетонный забор, если почва в округе имеет странный неестественный желто-оранжевый цвет?

—  Слив производился на протяжении длительного времени, —  комментирует Станислав в своём видео. —  Копнув грунт, можно увидеть там слои всевозможного цвета – нет сомнений в том, что земля здесь пропитана всевозможными химикатами.

В этом, и в других своих роликах, Станислав пытается докопаться до истины: что именно течет на землю, а также вылетает в воздух из многочисленных труб завода? С помощью дрона он заглядывает
туда, куда не всякому есть доступ, собирает свидетельства работников цехов и старается донести до общественности, что обстановка на территории большинства объектов бывшего Карметкомбината 
просто катастрофическая: оборудование изношено, проблемы с кровлей, полы кривые, из прохудившихся емкостей в почву просачивается много опасной дряни, а пресловутые обновленные фильтры и система очистки не работают.

—  Здесь не надо быть даже специалистом, чтобы понять, что комбинатовские трубы отнюдь не озонируют, —  говорит Станислав. —  Цвет и запах говорят сами за себя, к тому же, легче дышать нам
не стало. Мы не можем открыть окна ни зимой, ни летом, ни днем, ни ночью. Причем, самые ядовитые газы выбрасываются комбинатом в выходные дни и рано на рассвете, когда все спят. Такое 
наблюдение сделал не только я, об этом вам скажет любой горожанин.

Но вернемся к видеороликам, снятым Войцеховским. Нельзя сказать, что успех был оглушительным, но короткометражные фильмы просмотрело несколько десятков тысяч людей, а руководство «АрселорМиттал Темиртау» посчитало себя оскорбленным и подало на автора сюжетов в суд сразу по нескольким статьям уголовного и административного кодекса.

Бодаться с целым отрядом юристов и других специалистов предприятия рядовому жителю города оказалось не по силам. На одном из очередных заседаний он пошел на мировое соглашение с истцом. После чего на Станислава, как он уверяет, посыпались унизительные оскорбления: мол, струсил, сиганул в кусты.

—  Хотелось бы внести ясность и разложить все по полочкам, —  позвонив в редакцию, сказал Станислав. —  Ни поверженным, ни трусом себя не считаю, наоборот, испытываю некоторое чувство
удовлетворения итогами своей деятельности.

Станислав рассказал, что поначалу его не поддерживал разве что ленивый – знакомые и незнакомые люди выражали ему свою солидарность, известные адвокаты обещали защиту и поддержку, однако, когда дело дошло суда, ряды «единомышленников» растаяли прямо на глазах.

—  Многие друзья и даже близкие люди перестали со мной общаться и заблокировали меня в контактах, —  говорит Станислав. — Адвокаты сослались на занятость, и в итоге перед судом я предстал в полном одиночестве, и, как оказалось, без доказательств на руках – результаты проб и анализов, которые были взяты сотрудниками природоохранного департамента и экологами из места слива той
самой трубы, стали известны гораздо позднее. Кстати, содержащиеся в них данные только подтвердили мои опасения и подозрения насчет вредоносности выбросов предприятия.

Помимо этого, на Станислава обрушилась целая череда неприятностей и странных происшествий, которые он считает далеко не случайными.

—  Каким-то непостижимым для меня самого образом я стал попадать в криминальные истории, вернее, становился их жертвой, —  говорит он. —  Сначала по вине каких-то отморозков лишился зуба
– меня ударили около дома два амбала, назвав беспонтовым блогером. Потом вроде бы тоже как бы случайный прохожий нанес сокрушительный удар по лицу железякой – на какой-то момент я был оглушен – ну, думаю, ничего себе, в магазин соседний сходил.

Дальше, по словам Войцеховского, стало еще «веселее». Однажды, поддавшись на уговоры знакомых, он зашел в караоке-бар, и после второй или третьей рюмки спиртного очнулся на краю города весь в крови.

—  Последнее, что я помню после отравления, —  ступеньки крутой лестницы, ведущей вниз, потом сильный пинок сзади, и я лечу в бездну, —  рассказывает Станислав, —  Полностью восстановить 
события того вечера мне так и не удалось – в наркологии, куда я обратился с просьбой определить вещество, попавшее в мой организм, этого сделать не смогли из-за отсутствия маркеров. Однако
я уверен, что мне подсыпали что-то в рюмку, и сделано это было преднамеренно. Кстати, тем, кто хорошо знает меня, хорошо известно, что я противник спиртного, так что уговорить меня даже на те пару рюмок, было не просто. В той же наркологии медработники сказали, что у меня, судя по виду и поведению-сильное, -  отравление
транквилизаторами. Что, кстати, подтвердил глава реабилитационного центра для наркоманов Г.Рубан. Но в Казахстане, как мне сказали, нет возможности определить их в крови, поэтому кровь показала чистоту от всего.

Станислав говорит, что, вдобавок ко всему, ему стали приходить угрозы по телефону, намеки на благополучие членов его семьи.

—  Естественно, все это не могло не сказаться на моем душевном состоянии, —  говорит Станислав. —  А вы бы поступились здоровьем своих близких? Но в глазах поверхностных комментаторов я 
беспрекословно стал незадачливым отступником.

Станислав не скрывает, что его это задевает, тем более, что люди, посмевшие кинуть в него камень, сами живут в Темиртау и ощущают на себе все прелести экологического неблагополучия.

—  Я был первым, кто осмелился громко и открыто заявить о проблеме, кто встал с дивана и облазал все окрестности завода, чтобы собрать фактический материал, кто возопил: «Обратите на нас 
внимание!», —  говорит Станислав. —  И мне непонятна позиция людей, которые теперь со злорадством смакуют мое, якобы, поражение.

Сам блогер так не считает, напротив, он уверен, что своими действиями он заставил-таки представителей власти и общественность более пристально взглянуть на то, что творится в его родном городе, более того, начать принимать меры.

—  Мои сюжеты о Темиртау и металлургическом комбинате просмотрел сам Президент – мне это доподлинно известно, —  говорит Войцеховский. —  До этого видео заинтересовался аким области,
который инициировал создание комиссии, в состав которой вошли прокуроры, экологи, представители власти, санврачи, ученые. Ими были взяты пробы снега, воды, воздуха и почвы, и оказалось,
что все далеко не так безоблачно и прекрасно, как уверяют топ- менеджеры «АрселорМиттал Темиртау»

Кстати, по результатам исследований жидкости, вытекающей из цеха химводоочистки и щедро удобряющей почву без намека на утилизацию, содержание в ней мышьяка превышает предельно-допустимую концентрацию в 10-11 раз, а хлоридов, солей соляной кислоты – в 34 раза и т.д. А рядом стоят дачи КМК, где люди выращивают овощи и фрукты.

Станислав добавляет, что пресловутую трубу демонтировали в тот же день, как только по его обращению на месте побывали представители природоохранной прокуратуры, которые взяли пробы для анализов.

—  Если бы мой сюжет был ложью, а отходы производства безобидными, вряд ли руководители этого цеха и предприятия стали бы столь поспешно убирать и маскировать трубу, —  говорит Станислав.—  Значит, я задел за живое, высветил то, что не слишком-то желали предавать огласке, наоборот, всячески пытались скрыть, ввести жителей в заблуждение.

При этом Войцеховский добавляет:

—  Да, я понимаю: нет прямых доказательств, что количество респираторных, онкологических, эндокринных и др. заболеваний напрямую связано с выбросами промышленного металлургического гиганта (никто попросту всерьез не проводил такую работу), однако меня не может не беспокоить их рост, —  говорит мужчина. —  Не могу спокойно смотреть, как тяжело дышат и покрываются испариной во сне по утрам жена и дочь, когда усиливаются выбросы заводских труб, как один за другим умирают еще совсем молодые люди – и это не только в моем окружении.

А недавно, со слов Войцеховского, его хороший приятель решил оставить город и переехать в село, так как у обоих его детей обнаружили серьезные заболевания.

—  Ему в поликлинике врачи открытым текстом сказали: хотите иметь здоровое потомство, смените экологию, —  рассказывает Станислав. – Вот и встал выбор: престижная работа, доход и удобства
или здоровье детей. Он выбрал второе. Однако, увы, не каждый на это решится, не каждый может себе это позволить. Вот поэтому и я борюсь за то, чтобы в городе стало лучше, чище, безопаснее.
И своим недоброжелателям хочу сказать, что лед тронулся: в городе разработана программа озеленения, часть «экологических» денег от штрафов решено оставлять в городе – на них будут строить
детские сады, спортивные площадки, разбивать скверы, благоустраивать парк и т.д. И я по праву считаю, что внес во все это свою лепту.

Татьяна ЛЕБЕДЕВА

 

P.S. Когда материал был готов к печати, Станислав сообщил, что около цеха химводоочистки закипела работа. Прокуратура и департамент экологии обязал руководство предприятия ликвидировать последствия выбросов.

—  Зараженную почву сгребли в кучи, сейчас там убраны две бетонные стены забора, чтобы могла проехать техника, чтобы вывезти все это на полигон, —  говорит блогер. —  Весной все отходы утилизируют. 

 

Вернуться назад