«ДОМА ЕГО ЖДЕТ МАЛЕНЬКИЙ СЫН»

Супруг заподозрил жену в измене и во время ссоры задушил ее. Придя в себя, он не смог вспомнить, как совершил убийство близкого человека.

Шила в мешке не утаишь

Знакомые характеризуют Геннадия и Веронику Максимовых только с положительной стороны. Одиннадцать лет они прожили душа в душу, являясь примером образцовой семьи.

— С Вероникой я поддерживала дружеские отношения с 2005 года, — говорит Диана Г. — После того как она вышла замуж за Геннадия, мы стали общаться семьями. Вероника — отзывчивый, целеустремленный человек, всегда была готова прийти на помощь. Между тем и Геннадий отличался удивительной добротой и мягкостью. Он сильно любил детей…

— С Геннадием я дружу двадцать лет, — вторит ей Багдат Р. — Его могу охарактеризовать только с положительной стороны. Это спокойный, уравновешенный человек. Он сильно любил своего сына, никогда не конфликтовал с супругой. Я никогда не замечал с его стороны признаков агрессии, вспыльчивости. Гена никогда не участвовал в драках, наоборот, старался всех успокоить…

Ничего плохого о зяте не может сказать теща Александра Николаевна Куликова.

— Молодые сначала почти десять лет жили у меня в Темиртау, — отмечает женщина. — Все радовались, когда родился внук. Я помогала воспитывать его. За все время, что я находилась рядом с Вероникой и Геннадием, между ними не происходили какие-либо серьезные конфликты. Да, как и во всех семьях, возникали ссоры, но никогда не доходило до рукоприкладства…

Трещина в доселе гармоничных отношениях Геннадия и Вероники возникла, когда они переехали в Караганду. Сын пока остался на попечении бабушки — родители посреди учебного года не хотели переводить мальчика в другую школу. Геннадий из-за специфики своей работы каждый день наведывался в Темиртау, обязательно навещая сына и тещу.

— Он очень привязан к сыну, — подчеркивает Александра Николаевна.

Переезд в Караганду, а это была заветная мечта четы Максимовых, имел и свои негативные последствия, которые разрушили молодое семейное гнездо. У Вероники с переменой места жительства появилось много свободного времени: сын и мама далеко, муж целыми днями пропадет на работе. У молодой женщины появились подруги — большие любительницы покутить, провести время в ночных клубах. Вероника, которой, видимо, наскучила рутинная семейная жизнь, старалась от них не отставать. Не исключено, что именно в увеселительных заведениях, в раскрепощенной обстановке она знакомилась с некими мужчинами и втайне от всех стала с ними встречаться.

Геннадий Максимов начал  подозревать, что жена ему изменяет, но не знал, с кем именно. Вероника соблюдала тщательную конспирацию. Только шила в мешке не утаишь. Глава семьи попытался образумить супругу. Вероника, будучи женщиной горячей, экспрессивной, подала на развод.

— Я выступал на том суде, — говорит один из друзей Геннадия. — Максимова характеризовал с положительной стороны, так оно и есть на самом деле. После процесса Вероника позвонила мне и выразила недовольство по поводу того, что я хорошо отозвался об ее муже. И между нами произошел разговор на повышенных тонах. Суд закончился ничем: Геннадий помирился с Вероникой. Я предложил им встретиться семьями и сгладить все недоразумения…

Максимовы согласились, но все планы спутали чрезвычайные обстоятельства.

 

«У меня сорвало крышу»

Медики-психиатры установили: до того трагического дня, перевернувшего его жизнь, Геннадий Максимов находился в «длительной психотравмирующей ситуации из-за аморального поведения супруги, изменявшей ему с другими мужчинами». Супруги если и помирились, то исключительно из-за подрастающего сына. Вероника, несмотря на все обещания соблюдать целомудренность, продолжала крутить романы. Женщина прямо в глаза говорила мужу, что она его не очень-то и ценит. Он в первый раз молча проглотил обиду, во второй, а в третьем случае, по словам Геннадия, у него сорвало крышу»…

Жена появилась дома только утром, распространяя вокруг запах духов и алкоголя. Она явно провела всю ночь в клубе и еще где-то и с кем-то. В подробности Вероника, как всегда, не вдавалась. Геннадию надо было спешить на работу, но и с женой требовалось поговорить.

— Я подозревал, что супруга в очередной раз изменила мне, — показал потом полицейским Г. Максимов. — Вместо того чтобы извиниться, попросить прощения, она стала вести себя агрессивно, обзывала меня нецензурными словами…

Геннадий еще мог стерпеть нелитературные выражения в свой адрес, но какой мужчина не завелся бы, услышав от своей благоверной вот такой монолог:

— Как мужик ты никто! Никто ты и в постели… С тобой я живу только из-за денег, которые ты зарабатываешь!

Эмоции так переполнили женщину, что она нанесла мужу несколько пощечин, словно не она, а он неизвестно где гулял всю ночь.

— С тобой жить не буду, — заявила она. — Рано или поздно, но уйду от тебя!

Это был перебор. Муж, доведенный до белого каления, не выдержал…

— У меня произошло помутнение сознания, — утверждает Г. Максимов. — Помню, как ударил Веронику рукой по лицу, толкнул ее, и жена упала на кровать. Потом сразу вышел из квартиры… Все происходило как в тумане. У меня внутри все бурлило, я не знал, что делать, находился в непонятном для себя состоянии, не ориентировался во времени. Поехал в Темиртау — не помню маршрут, по которому перемещался в этом городе. Я не хотел возвращаться домой в Караганду и снял в Темиртау квартиру на сутки…

В уединении мужчина провел не более часа: он не находил себе места, метался из одного угла в другой. Он сильно любил жену и сейчас стал сожалеть, что ударил ее. Правда, она сама вынудила так поступить с ней — надо было держать язык на привязи.

«Надо прямо сейчас ехать в Караганду и помириться с Вероникой», — подумал Геннадий, испытывая некоторое облегчение. Сейчас он в который раз начистоту поговорит с супругой, и, пусть временно, их отношения войдут в нормальное русло…

Максимов вошел в квартиру и удивился тишине, которая царила в комнатах. Он не мог избавиться от внутреннего тревожного чувства.

Геннадий заглянул в спальную. На кровати, все еще надетая в нарядное платье, лежала Вероника. Он позвал жену, но она никак не отреагировала. «Она мертва», — понял Максимов.

— Я считал, что только поругался с Вероникой, но не помню, как задушил ее, — сокрушался Геннадий. — Что бы между нами ни происходило, я никогда не желал смерти жены!

 

«Дома его ждет маленький сын»

В панике мужчина выбежал на улицу и сел в свой автомобиль. Он снова поехал в Темиртау, проведя ночь на съемной квартире. Утром ему позвонил сын.

— Папа, меня надо отвезти в школу, — напомнил мальчик.

— Сейчас буду у бабушки…

Александра Николаевна сразу обратила внимание на состояние зятя: Максимов выглядел подавленным.

— Если со мной что-то случится, — сказал он теще, — то, пожалуйста, не бросайте моего сына!

— Что случилось? Где Вероника? — стала выяснять Александра Николаевна.

— Наверное, я ее убил, — выдавил зять. — Кажется, задушил…

Теща ахнула:

— Из-за чего это произошло?

— До сих пор не понимаю, как все случилось, — признался Геннадий. — Вчера утром с Вероникой стали ругаться, а после словно все отрезало. До сих пор нахожусь в шоковом состоянии…

Александра Николаевна стала первой, кому Максимов признался в убийстве жены. Вторым, кому он излил душу, стал адвокат.

— Что мне делать? — спросил у него Геннадий.

— Идти в полицию и во всем признаться, — посоветовал юрист. — Если судить по вашему состоянию, преступление вы совершили, находясь в состоянии аффекта. Но это решать только медикам-специалистам. В любом случае, явка с повинной в данный момент самый оптимальный вариант!

Максимов поступил так, как ему говорили: он пришел в Юго-Восточный ОП и признался в содеянном. Против него возбудили уголовное дело по факту умышленного убийства своей жены. Во время предварительного следствия Геннадий сообщил, что не помнит, как душил Веронику. На этот момент особого внимания не обратили, ведь практически каждый убийца считает, что расправу совершал, будучи в беспамятстве. Поэтому не особо выяснялось, находился ли  подозреваемый, он же следственно-арестованный, в состоянии аффекта, когда душил потерпевшую, или пытается избежать сурового уголовного наказания.

Уголовное дело, фигурантом которого являлся Г. Максимов, поступило на рассмотрение в специализированный межрайонный суд по уголовным делам Карагандинской области. И только во время судебного расследования факт аффекта получил самое пристальное внимание. Три эксперта-психиатра из Астаны, Алматы и Караганды автономно друг от друга исследовали состояние Г. Максимова и пришли к одному и тому же результату: подсудимый совершил убийство своей жены, находясь в состоянии аффекта. В частности, они отметили:

— В данном конкретном случае задето мужское самолюбие, которое можно характеризовать как предпосылку аффективного состояния. Супруги пытались построить свои отношения, но неразрешенный конфликт привел к накоплению психотравмирующей ситуации. Провоцирующее поведение самой потерпевшей, факты ее измены свидетельствуют о накоплении эмоционального напряжения…

Присутствовал и еще немаловажный момент, сыгравший в пользу Г. Максимова: во время вскрытия трупа потерпевшей выяснилось, что  незадолго до своей смерти она имела сексуальный контакт с неким мужчиной.

Г. Максимову предъявили новое обвинение — убийств, совершенное в состоянии аффекта. С ним согласилась теща подсудимого Александра Николаевна Куликова. Она сказала на процессе:

— Прошу суд не лишать Геннадия свободы. Дома его ждет маленький сын…

Г. Максимова приговорили к одному году и шести месяцам ограничения свободы, освободив из-под стражи в зале суда.

Анатолий ИНОЧКИН

Вернуться назад