ТАК ХОТЕЛОСЬ УВИДЕТЬ МОРЕ…

Уголовник заподозрил своего нового знакомого в краже денег и стал его избивать. За несчастного парня заступилась мать. И тут же получила смертельные травмы головы.

«Не люблю пить в одиночку»

36-летний Анвар Смаков мечтал увидеть море. Он часто представлял, как бросается в волны, а потом, вволю искупавшись, греется на песчаном пляже под лучами жаркого солнца. Только обстоятельства сложились так, что значительную часть своей жизни Смакову пришлось обогревать шконку в зоне строгого режима. А попал он в «места не столь отдаленные» за умышленное убийство, совершенное в Астане. Срок отбывал в каражалской колонии строгого режима.

Когда Анвар освободился, то перед ним встал вопрос: куда податься? Своего угла не имелось, из близких родственников практически никого не осталось…

— Из Каражала все дороги ведут в Караганду, — подсказали знакомые сидельцы. — А там без проблем найдешь работу и жилье!

В столице шахтерского края Смаков первое время бичевал, ночуя в заброшенных строениях и подвалах. На жизнь зарабатывал грузчиком на Новом рынке. Непритязательный Анвар всем был доволен, пока не почувствовал приближение осени. Нужно было искать более надежное пристанище.

К этому времени Смаков стал неплохо ориентироваться в Караганде. Он узнал о существовании своего рода биржи труда для таких, как он, лиц без определенного места жительства.

— Это пятачок под мостом, — втолковывал Анвару некий Саша, еще три года назад освободившийся из долинской колонии. — Там обычно фермеры набирают работников на свои зимовки. Никаких документов не спрашивают, как и о судимости. Для них главное, чтобы руки и ноги целы были!

— Деньги-то хоть платят?

— Двадцать-тридцать тысяч тенге в месяц, но при этом бесплатная жратва, койко-место в чабанской зимовке. До весны запросто дотянешь, а там как получится…

На пятачке Анвар пробыл не более часа, когда возле него притормозила видавшая виды «Нива».

— Нужна работа? — спросил у него водитель.

— Да.

— Тогда поехали!

— А где это? — спросил уголовник, не особенно ориентировавшийся в географии.

— Недалеко от озера Балхаш.

— Поехали, — без раздумий согласился Смаков. Наконец-то он осуществит свою мечту увидеть море!  

…Зимовка, на которой Анвар проработал чабаном почти семь месяцев, оказалась на таком удалении от вожделенного водоема, что о купании он быстро забыл. Уголовник быстро освоил верховую езду, из него вышел неплохой чабан. Фермер в знак признательности за трудовые заслуги Анвара подарил ему сотовый телефон. А когда пришло лето, Смаков засобирался в дорогу. Хозяин пытался его отговорить, но Анвар привел веский довод:

— Хочу хоть раз увидеть большую воду, вволю искупаться, позагорать… И вообще, надо отдохнуть по-настоящему!

Фермер настаивать не стал, и через два дня знакомые довезли Анвара до самого Балхаша. Оказавшись в городе, Смаков первым делом постригся и сходил в городскую баню. «Завтра пойду на пляж», — подумал он. А сейчас, хорошо пропарившись, надо было обязательно расслабиться. Анвар купил две бутылки водки и в поисках собутыльника бродил по улицам города.

— Я не люблю пить спиртное в одиночку, — потом заявил уголовник. — Я же не алкоголик, мне обязательно нужен собеседник! Обратил внимание на мужика, который сидел у овощной лавки…

Зоркий глаз уголовника определил: этот тип находился в развеселом настроении и от лишней порции горячительного вряд ли откажется. Смаков не ошибся в своих предположениях: Дармен А. успел хряпнуть разбавленный медицинский спирт, и ему по сердцу пришлось предложение незнакомца.

— Пойдем туда, — кивнул он в сторону недалеко расположенного строящегося автокомплекса, мимоходом представившись.

Автокомплекс состоял из нескольких помещений, в одном из которых располагалась кровать с матрасом и подушкой. «Будет где поспать», — отметил про себя Смаков, проведший весь день на ногах. Здесь он увидел еще одного молодого человека.

— Это Кобжан, — показал на него Дармен. — Он работает сторожем на этом объекте. Вместе с матерью живет здесь.

— Живет? — невольно удивился Смаков. — Здесь же кроме кровати ничего нет!

Он, привыкший к любым спартанским условиям, удивился: как здесь могли жить мать и сын?

 

«У мамы не было лица»

Еще три месяца назад Зауреш Нурпеисова с сыном Кобжаном находились в Алматы. Семья, скажем так, не из благополучных. В другой ситуации Зауреш как многодетная мать наверняка была бы окружена заботой социальных и попечительных служб, имела бы квартиру. Но все эти потенциальные блага женщина потеряла давно и навсегда, когда своих пятерых детей — четырех сыновей и дочь — в младенческом возрасте стала пристраивать в детские дома- интернаты, а потом о них практически не вспоминала.

При ней умудрился остаться только Кобжан. С ним она этой весной в поисках работы приехала в Балхаш. Но не наобум: память женщины, оказавшейся в очень трудной жизненной ситуации, подсказала, что  здесь находился Талгат — один из тех сыновей, которых она в свое время отдала на попечение государства.

— С матерью и братом Кобжаном, как и с другими моими братьями и сестрой, я практически не общался, — говорит Талгат Нурпеисов. — Когда мать и Кобжан приехали в Балхаш, они практически сразу нашли работу в недостроенном автокомплексе. То есть они жили там и одновременно его охраняли. Периодически я навещал их…

…Со своими новыми знакомыми Смаков сразу нашел общий язык. Возникла непринужденная дружеская обстановка.

— Все было спокойно, конфликтных ситуаций не возникало, — отмечает Дармен А. — Через некоторое время я ушел, и мне неизвестно, что потом произошло…

…Щедрый уголовник, которому по душе пришлись Кобжан и его мать, не скупился — купил еще водки и продуктов. Войдя в раж, он продал сотовый телефон, который ему подарил фермер.

— Потом я прилег на кровать и уснул, — вспоминает Анвар. — Проснулся около 20.00 — уже смеркалось, но было еще светло. Машинально стал проверять карманы… и не нашел денег. А они обязательно должны были остаться. Рядом на стуле сидел Кобжан Нурпеисов, у которого спросил, не брал ли он у меня деньги. Он ответил грубо, и я стал бить его руками и ногами: полдня поил и кормил мужика, а он в знак благодарности у меня последние деньги украл! Когда устал, пустил в ход грабли — они в углу помещения стояли…

Зауреш Нурпеисова увидела, как уголовник избивает сына, и  набросилась на злоумышленника. О ней можно говорить все, что угодно, но сейчас она делала все возможное, чтобы спасти сына.

— Когда женщина стала сзади ко мне цепляться, — давал показания А. Смаков, — я два раза оттолкнул ее рукой. Но она продолжала упорно нападать на меня. Я ее ударил два раза. После этого оттащил женщину в другую комнату и хотел вступить с ней в половую связь. Но раздумал и ушел с этого места… Хотел переночевать на автовокзале, но меня туда не пустили, и я всю ночь провел в подъезде девятиэтажного дома. Днем хотел пойти на пляж — я же приехал для того, чтобы искупаться в Балхаше. По дороге меня остановили сотрудники патрульной полиции и доставили в отдел полиции. Там я узнал, что Кобжан находится в больнице, а его мать умерла. Я не хотел убивать женщину. Когда я уходил, она шевелилась…

Когда задержанного допрашивали, полицейские имели на руках показания чудом оставшегося в живых Кобжана Нурпеисова. Он хоть и получил тяжелые травмы, но мог по «горячим следам» дать показания.

— Помню, как ч сидел на стуле, а рядом на кровати спал Смаков. Когда он проснулся, между нами возникла словесная ссора. Не помню ее причину… Смаков вдруг стал меня избивать. Я побежал в соседнее помещение, но и там Смаков меня достал. Я снова побежал от него. Помню, как упал на кровать и потерял сознание… Когда очнулся, то увидел, что весь в крови. Обнаружил мать: она тоже вся в крови и на ней не было лица. То есть оно настолько было обезображено, что женщину трудно было узнать. Выбежал на улицу и стал просить людей, чтобы они вызвали «скорую помощь»…

Судмедэксперт вынес заключение: «Зауреш Нурпеисова получила телесные повреждения, несовместимые с жизнью: открытая тупая травма головы, множественные ушибленные раны лица, переломы костей лицевой части черепа…».

Уголовнику вменили умышленное убийство и причинение тяжкого вреда здоровью. Во время предварительного следствия вдруг неожиданно исчез единственный свидетель преступления, он же потерпевший Кобжан Нурпеисов.

— Когда Кобжан выписался из больницы, — сообщает Талгат Нурпеисов, — он пришел ко мне и попросил денег, чтобы добраться до Алматы. Брат объяснил, что в связи с возникшими обстоятельствами ему необходимо удостоверение личности, которое находится в  столице. Я нашел деньги  и отправил Кобжана в Алматы. Потом он мне позвонил и сказал, что благополучно доехал до места. Брата я попросил,  чтобы он купил билет на автобус и вернулся назад в Балхаш. Кобжан пообещал, что так сделает. Через некоторое время я снова позвонил ему — хотел узнать, едет ли он. Но его сотовый телефон оказался отключенным… Я до сих пор не могу с ним связаться. Не знаю, где Дамир может находиться в настоящее время, и вообще, жив ли он…

Отсутствие главного свидетеля (веских улик было более чем достаточно) не помешало специализированному межрайонному суду по уголовным делам области приговорить Анвара Смакова к семнадцати годам лишения свободы.

Анатолий ИНОЧКИН

Вернуться назад