«МИННОЕ ПОЛЕ» ПРОКУРОРА

Государственный обвинитель потребовал от подсудимых взятку на 1 миллион тенге, но взамен пообещал минимальное наказание, не подозревая, что находится под наблюдением сотрудников спецпрокуратуры и ДКНБ.

Часть первая.

Дело, шитое белыми нитками. Врать так врать!

28-летний Кайсар Нурбаев, будучи прокурором отдела по поддержанию государственного обвинения районной прокуратуры Караганды, не разумея об этом, сделал так, что к уголовной ответственности привлекли его хорошего знакомого — старшего следователя отдела полиции УВД г. Караганды, капитана полиции Баята Исаева. Полицейскому вменили привлечение заведомого невиновного к уголовной ответственности, а также фальсификацию доказательств и оперативно-розыскных материалов. А сфабриковал он уголовное дело не без помощи прокурора Кайсара Нурбаева, поскольку без последнего махинация следователя была бы невозможной.

Уголовное дело, состряпанное в связке «следователь-прокурор», было прекращено из-за примирения сторон по нереабилитирующему основанию. Причем об этом как виновник преступления, так и потерпевшая сторона понятия не имели. Более того, тайное стало явным только спустя четыре года после того как ловкачи ввели в заблуждение своих руководителей.

Провал случился из-за прокола прокурора Кайсара Нурбаева, который засветился в получении взятки. Когда коррупционера взяли в разработку, подняли все уголовные дела, которые он вел. На поверхность всплыло старое дело, которое полностью сфальсифицировали капитан полиции, а юрист второго класса дал этому ход. Они об этом деле давно забыли, но прошлое очень больно дало о себе знать. Интересный образец, когда дело в наглую шьют белыми нитками…

Здесь инициативу проявил старший следователь Баят Исаев. Именно он буквально из воздуха соткал материалы предварительного следствия. Сидел себе человек в своем служебном кабинете и очень при этом переживал… Проблема состояла в том, что капитан полиции не мог похвастаться количеством уголовных дел, отправленных в суд в ускоренном порядке. И посетила его гениальная идея: если дела нет, то его можно запросто придумать! А для этого требовалось какое-нибудь преступление — незначительное и раскрытое по «горячим следам». И оно скоро подвернулось.

Так и осталось загадкой, кто именно передал оперативному дежурному отдела полиции рапорт следующего содержания: «В ходе оперативно-розыскных мероприятий возле дома по проспекту Бухар жырау задержан гражданин Нурлан Ильясов, 1973 года рождения, проживающий по адресу: г. Караганда, 22 мкр., неработающий. Он дал признательные показания в том, что, находясь в торговом доме, расположенном по улице Воинов-интернационалистов, тайно похитил со стенда солнцезащитные очки. По данному факту была установлена потерпевшая гражданка Ирина Вальжанова, 1969 года рождения».

Под таким документом должна была стоять подпись как минимум оперуполномоченного криминальной полиции, столь блестяще раскрывшего кражу солнцезащитных очков. А его оперативный дежурный должен был знать, на кой ляд нужен такой дежурный, не помнящий своих сотрудников в лицо… Словом, личность настрочившего ложный рапорт так и не установили. Но рапорт, пусть и фальшивый, оперативный дежурный зарегистрировал в книге учета информации отдела и в Едином реестре досудебных расследований отдела полиции по статье 188 ч.1 Уголовного Кодекса РК (кража чужого имущества).

В этот же день старший следователь Баят Исаев принял к своему производству уголовное дело и приступил к досудебному расследованию. Но как вести дело, если подозреваемый и потерпевшая выдуманные персонажи? Между тем капитан полиции ничуть не смутился и, засучив рукава, проявил бурную активность. Возникает смутное подозрение: а не имел ли старший следователь  прямое отношение к тому ненастоящему рапорту, который послужил поводом для проведения предварительного следствия? Поскольку  данный факт так и не доказан, будем считать, что не существовавшая в реальности кража очков стала удобным случаем, чтобы Баят Исаев в полной мере проявил свои способности в жанре фантастики… Запершись в служебном кабинете, он выдавал на-гора документ за документом: заявление от потерпевшей, заявление от подозреваемого, постановление о производстве выемки главного вещественного доказательства — солнцезащитных очков, протокол допроса подозреваемого, протокол допроса потерпевшей, протокол очной ставки подозреваемого и потерпевшей… Это вам не хухры-мухры, а творческий полет мысли, не стесненной пределами: врать так врать! В этом плане старший следователь полностью раскрыл свой талант писателя-фантаста. За считанное время он подготовил документы. В этом романе присутствовали завязка, кульминация действий, развязка... И никто не знал, что все факты взяты с потолка: такого обмана не могло быть в принципе. Но такое случилось…

 

Сопротивление бесполезно

Войдя в писательский раж, капитан полиции не мог особо не подчеркнуть работу своих коллег в раскрытии кражи солнцезащитных очков. Отсвет славы невольно падал и на него:

«Произведен допрос потерпевшей Ирины Вальжановой. Она показала: «У меня в торговом доме есть отдел по продаже солнцезащитных очков. В тот день все время находилась на своем рабочем месте, при этом в целом ничего подозрительного не заметила — все происходило как обычно. Вдруг около 15.00 ко мне подошли сотрудники полиции и показали солнцезащитные очки черного цвета стоимостью 5500 тенге. Данные очки находились у меня на балансе. От полицейских я узнала, что некий мужчина около 12.00 подошел к стойке с очками и украл их в тот момент, когда я отвлеклась… Я была приятно удивлена, что сотрудники полиции каким-то образом вычислили беспринципного вора, который нанес мне значительный материальный ущерб в размере 5500 тенге, и задержали его. А главное, они вернули мне очки».

Вроде бы обычные фразы, но под ними капитан полиции заложил мощный подтекст, который запросто расшифрует вышестоящее руководство. Преступление относилось к разряду неочевидных: сама продавец и ухом не повела, когда вор увел у нее товар. После кражи прошло целых три часа. Но благодаря высокому профессионализму, редкостному чутью и развитому подсознанию сыщики сумели разглядеть на случайном прохожем им недавно украденные очки. Еще не побеседовав с человеком по душам, они знали кража произошла в торговом доме по улице Воинов-интернационалистов.  Это же высший пилотаж оперативно-розыскной деятельности!

Сам злоумышленник был настолько оглушен и деморализован блестящей работой полицейских, что без лишних уговоров признался:

— Около 12.00 я вышел из дома и направился в сторону центра города. В ходе прогулки около торгового дома я увидел стойку с солнцезащитными очками. В этот момент я решил украсть какие-нибудь очки, так как на тот момент у меня отсутствовали средства на существование. Я подошел к данной стойке, посмотрел по сторонам, обратив внимание, что продавщица отвлеклась и даже не смотрит на меня. Я надел черные очки и направился на проспект Бухар жырау. Через некоторое время ко мне подошел сотрудник полиции и, показав на солнцезащитные очки, поинтересовался, каким образом они у меня оказались. Ошеломленный его удивительной прозорливостью о моем только что случившемся противоправным деянии, я, понимая, что лгать бесполезно, сразу признался в краже солнцезащитных очков, после чего был доставлен в отдел полиции…

Старший следователь не особо парился и с уликой. Порывшись в своем рабочем столе, он вытащил на свет солнцезащитные очки: не помнил, как они сюда попали, но сейчас пригодились. От имени криминалиста Кайсар Нурбаев быстро накатал опус: «В период времени с 20.00 до 20.05 я произвел осмотр солнцезащитных очков черного цвета. Данные очки имеют две линзы, затемненные и закрепленные к раме черного цвета, к которым ведут ушки с прорезиненными концами. После осмотра очки упакованы в полимерный пакет. В ходе осмотра производилось фотографирование, фототаблица прилагается».

Так как преступление относилось к категории небольшой тяжести, то было проведено ускоренное досудебное расследование, и уголовное дело по факту кражи солнцезащитных очков поступило в районную прокуратуру. Здесь вскоре и раскроется, что оно полностью высосано из пальца: уж кто-кто, а прокурор обязан докапываться до любой мелочи, которая вызывает сомнение! И здесь вновь начинаются странности…

 

Не госучреждение, а проходной двор

Казалось бы, какое дело прокурору отдела по поддержанию государственного обвинения  Кайсару Нурбаеву до интересов старшего следователя Баята Исаева? Но он почему-то включился в игру, предложенную капитаном полиции. Так, прокурор обязан был встретиться с подозреваемым Нурланом Ильясовым и потерпевшей Ириной Вальжановой, чтобы принять от них заявление о прекращении уголовного дела из-за примирения сторон. Тогда сразу выяснилось: дело-то дутое…

Неким образом, как впоследствии уверял К. Нурбаев, придуманные старшим следователем персонажи удивительным образом обрели плоть. Более того, прокурор Нурбаев разговаривал с ними, и на его глазах виновник преступлении я и потерпевшая подписывали все необходимые документы. После этого он уверил своего начальника отдела, заместителя прокурора района, что потерпевшая и подозреваемый действительно примирились. И прокурор района подписал подготовленное Б. Исаевым постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

По этому поводу следствие, фигурантом которого являлся уже сам прокурор отдела по поддержанию государственного обвинения, доподлинно установило следующий неопровержимый факт:

— В процессуальных документах И. Вальжанова и Н. Ильясов не расписывались и их не читали, с К. Нурбаевым и другими лицами по этому вопросу не встречались, в прокуратуру района вообще не приглашались…

— Приглашались! — упорствовал К. Нурбаев. — Они же расписывались в документах, которые я им дал!

— А вы уверены в этом?

— Прокуратура — режимный объект, и каждого посетителя у входа проверяют сотрудники «Кузета», — заявил К. Нурбаев. — Они требуют удостоверяющие личность документы, записывают их номера в журнал. Так что никто беспрепятственно не мог войти в мой кабинет. Я же спросил у потерпевшей и подозреваемого только их фамилии…

— При этом не попросили показать свои удостоверения личности?

— Так охранники же их уже проверили…

— Словом, вы понятия не имели, с кем имели дело?

— Так я на охранников понадеялся!

— По вашим словам, не госучреждение, а проходной двор…

К. Нурбаев относился к тому же типу фантазеров, как и старший следователь Баят Исаев: следов пребывания двух сторон уголовного дела по факту кражи солнцезащитных очков в стенах районной прокуратуры, как известно, не обнаружили.

Кстати, Б. Исаев понимал, что сейчас врать бесполезно, и предпочел заключить с процессуальным прокурором соглашение в форме сделки о признании вины. Его приговорили к трем годам ограничения свободы, лишили звания капитана полиции и права занимать должности на государственной службе.

Напротив, уже бывший прокурор отдела по поддержанию государственного обвинения свою вину не признал. А по данному эпизоду, имевшему отношение к краже солнцезащитных очков, ему вменили статью 371 ч. 1 Уголовного Кодекса РК (халатность). По этой статье Кайсара Нурбаева освободили от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности. Второй эпизод — это уже категория коррупционных преступлений. Хотя и здесь бывший прокурор пытался себя обелить. Но что он мог противопоставить основательной базе доказательств, собранных спецпрокурорами  и сотрудниками ДКНБ?

 

Часть вторая.

Алчность подвела под монастырь. Время большого куша

Дело четырехгодичной давности давно выветрилось из головы прокурора отдела по поддержанию государственного обвинения. Он о нем уже и не помнил. Так себе, ничем не примечательный факт из служебной практики… Он ни в какое сравнение не шел с последним уголовным делом, которое и погубило успешную карьеру Кайсара Нурбаева.

Но прокурор о печальном для себя финале еще не знал. Наоборот, когда познакомился с деталями преступления, то сразу принял стойку: здесь можно хорошо поживиться! То есть поработать на собственный карман. Видать, считал себя умным и ловким…

…Оперативники УБОП провели операцию, в ходе которой ликвидировали очередной подпольный бордель. Среди девиц легкого поведения оказалась несовершеннолетняя девушка — считай, школьница. Трем держателям притона грозило от десяти до пятнадцати лет лишения свободы.

В отличие от своих многоопытных коллег по опасному бизнесу, юная барышня здорово испугалась и поведала историю о том, что ее якобы похитили специально для сексуальной эксплуатации. История вышла бы громкая, если бы в ходе следствия не выяснилось, что никакого похищения не было — премудрости ремесла «ночных бабочек» школьница осваивала на добровольных началах. И уголовное дело переквалифицировали на статью 309 Уголовного Кодекса РК (организация и содержания притона для занятия проституцией, группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с вовлечением несовершеннолетнего в занятие проституцией). Теперь сутенерам светило от трех до семи лет лишения свободы.

Дело отправили на слушание в суд. И во время процесса все три фигуранта уголовного дела и их адвокаты заявили ходатайства о заключении процессуального соглашения в форме сделки о признании вины. Для подсудимых — самый желательный вариант, ведь они могли обойтись условным наказанием. Так как государственным обвинителем в судебных заседаниях участвовал Кайсар Нурбаев, то суд предоставил ему дополнительное время для рассмотрения этих ходатайств.

Из материалов уголовного дела:

«К. Нурбаев с целью реализации своего преступного замысла, грубо нарушая порядок рассмотрения ходатайств о заключении процессуального соглашения, находясь в здании прокуратуры района, стал требовать у фигурантов уголовного дела денежные средства в общей сумме на 1 млн. тенге. При этом К. Нурбаев им разъяснил, что без передачи ему 1 млн. тенге он не намерен заключать с ними процессуальное соглашение. В случае, если потерпевшие не согласятся, им назначат лишение свободы. Своими незаконными действиями К. Нурбаев умышленно поставил их в такие условия, при которых они вынуждены были искать денежные средства для передачи ему 1 млн. тенге в качестве взятки».

Да, со временем прокурор заматерел и теперь рассчитывал только на приличный куш. Как заурядный и упрямый торговец на базаре, он не собирался уступать ни одного тенге: вынь миллион и положи на стол! А снизил бы планку своих аппетитов, то вполне мог до сих пор исполнять вои обязанности на ниве прокурорской деятельности…

Кайсар Нурбаев наивно считал, что у подобных «бизнесменов» денег куры не клюют. Они же оказались на мели. Государственный обвинитель допустил грубую для новичков ошибку, посчитав подсудимых дойными коровами. Тем самым он оставил им выбор: оказаться в колонии или обратиться за помощью к компетентным органам.

 

Даже кролик бросается на удава

К. Нурбаев требовал только наличность. Мзду он распределил следующим образом: двое должны были передать по 350 тысяч тенге, третий — 300 тысяч. Один из «клиентов», не найдя нужной суммы, предложил государственному обвинителю дачу и автомобиль.

— Мне это не надо, мне нужны деньги, — категорично отрезал прокурор.

Потерпевший попытался с помощью родственников оформить кредит на 500 тысяч тенге. Но ничего не получилось, и человек оказался в безвыходной ситуации. И ему подсказали обратиться в специальную прокуратуру и написать заявление.

— Кайсар Нурбаев позвонил мне и вызвал меня в прокуратуру, — рассказывает Григорий А. — Когда я пришел в его кабинет, Нурбаев заявил, что именно он будет заключать процессуальное соглашение. И если с остальных он требует по 350 тысяч тенге, то с меня всего 300 тысяч. Я сказал ему, что в таком случае я лучше найму адвоката. «Адвокат с тебя больше возьмет», — сказал Нурбаев. При этом заметил, что имеется практика по делу одного ночного клуба Караганды, когда было заключено процессуальное соглашение на 13 тысяч долларов США. Как бы намекнул, что я еще дешево отделался… На следующий день Нурбаев два раза звонил мне, но я не стал поднимать трубку — у меня не было денег. Потом я пошел попросить деньги у своего давнего друга, и он подсказал мне обратиться в ДКНБ. Я так и сделал. Никто меня не принуждал, я добровольно написал заявление…

Также Григорий А. на добровольных началах согласился сыграть вою роль, чтобы вывести государственного обвинителя на чистую воду. В операции участвовали сотрудники межведомственной (спецпрокуратура и ДКНБ) следственно-оперативной группы.

Через некоторое время Григорий А. позвонил К. Нурбаеву:

— Я достал 300 тысяч тенге.

— Тогда сегодня встретимся…

Перед встречей с прокурором Григорию А. вручили купюры, обработанные специальным порошком, и специальные технические средства.

— На месте условленной встречи я пересел в салон автомобиля Нурбаева и сообщил, что привез с собой 300 тысяч тенге. Переспросил у прокурора: «По делу все будет нормально?». Нурбаев меня заверил: «Это уже не в первый раз». Я передал ему деньги, положив их в кармашек машины у коробки передач — он сам указал это место. Снова спросил у Нурбаева: «Все будет нормально?». В ответ услышал: «Все будет нормально». Я вышел из салона его автомобиля, а потом сотрудники задержали прокурора, который сначала сопротивлялся, а потом успокоился…

— Меня не так поняли! — уверял потом взятый с поличным Кайсар Нурбаев. – Когда Григорий А. находился в моем кабинете, я позвонил брату, чтобы взять у него деньги. Григорий А., услышав разговор, предложил мне дать взаймы 300 тысяч тенге. Я согласился на свою голову… Я никому не угрожал и никого не шантажировал!

Но материалы уголовного дела свидетельствовали об обратном. За получение взятки путем вымогательства суд назначил К. Нурбаеву наказание в виде штрафа в размере 18 миллионов 300 тысяч тенге. Данную сумму он должен выплатить в течение шести месяцев.

Анатолий ИНОЧКИН

Вернуться назад