БАБУШКА ДЛЯ БИТЬЯ

Пенсионерка сделала соседу замечание. Мужчина обиделся и совковой лопатой до смерти забил старушку.

Чужак или свой?

В поселке, расположенном вблизи Майкудука, все друг друга хорошо знают. И каждое новое лицо невольно привлекает внимание. Так на первых порах случилось с 33-летним Максимом Орловым, поселившемся со своей семьей рядом с домом 78-летней Евгении Романовны Кузьминой.

Максим оказался как все: перебивался случайными заработками, выпивал, когда появлялись деньги, относительно в меру поколачивал супругу — только раз женщина вызывала участкового инспектора полиции, чтобы он успокоил Орлова. Так что интерес к данной личности скоро пропал. Но не у Евгении Романовны, которая не терпела выпивающих мужиков. Она нередко гоняла соседа: зачастую перед тем как идти домой, тот устраивал импровизированный стол у забора дома Кузьминой. А когда, накачав себя спиртным, уходил, то оставлял мусор — бутылки из-под водки, пустые пивные банки, остатки закуски… Потом бабушке приходилось самой убирать это безобразие. Казалось бы, мелочь, но она стала тем ручейком, который превратился в бурную реку, в смертельный водоворот, куда угодила Евгения Романовна.

…В тот день сын пенсионерки Роман утром ушел по своим делам. Еще раньше него на работу отправилась невестка.

— С супругой вернулись поздно вечером, — говорит Роман Орлов. — Когда зашел в дом, то не увидел мать. Удивился этому: обычно в это время мама или смотрела телевизор, или отдыхала. Подумал: наверное, копается на огороде. Хотя, что там делать, когда уже стемнело? Но среди грядок маму не заметил. Тогда зашел на задний двор, где увидел ее лежащей в луже крови на земле. Мама не подавала признаков жизни. Ворота же были раскрыты, и возле них валялись пивные банки…

Сын подумал, что некто напал на родительницу с целью разбойного нападения. Злоумышленник, видимо, рассчитывал разжиться деньгами и ценностями — к примеру, ювелирными изделиями. Но ничто не свидетельствовало о том, будто кто-то хозяйничал в доме. Все вещи и деньги (сумма небольшая) находились на месте. Преступник мог быть чужаком — до Майкудука рукой подать. И мог не знать, что семья Орловых к олигархам не относится. Впрочем, бывает, и за двести тенге убивают… Свои же, как считал Роман Орлов, на такое не способны: бабушка Женя никому дорогу в поселке не переходила. И как можно было поднять руку на пожилую женщину? Да, плохо он знал своих соседей…

Расследованием преступления, которое квалифицировали как умышленное убийство, занялась следственно-оперативная группа Октябрьского ОП. Сыщики стали отрабатывать несколько версий, в том числе и разбойного нападения. Оперативно-розыскные мероприятия осложнялись тем обстоятельством, что оно относилось к разряду неочевидных — отсутствовали свидетели преступления.

— Ничего не видели и не слышали, — сообщили жители поселка.

Сыщики проверили всех ранее судимых лиц. У бывших лагерных сидельцев оказались железные алиби. Не исключалось, что к преступлению вполне мог быть причастен какой-нибудь залетный чужак, но в таком случае пришлось бы трясти весь криминальный мир Караганды.

Следствие вполне могло затянуться на неопределенный срок, если бы не криминалисты. Они нашли несколько отчетливых отпечатков пальцев на тех пивных банках, которые сын потерпевшей обнаружил возле ворот дома. Может быть, злоумышленник в данном месте наблюдал за домом Орловых? И, коротая время, цедил заранее купленное пиво? А убедившись, что в доме только пенсионерка, напал на нее и зверски избил? При этом злоумышленника кто-то спугнул, и он стремглав покинул место происшествия?

— Не исключено, что преступник в качестве орудия преступления использовал какую-то палку, — заключил судмедэксперт. — Он специально целил в голову пенсионерки: на ней обнаружено десять повреждений, в том числе перелом черепа. Все травмы рассмотрены в комплексе. После получения таких повреждений бабушка не могла самостоятельно передвигаться и совершать активные действия. Такие травмы приводят к потере сознания, а затем к смерти…

Баночные отпечатки пальцев проверили по базе данных МВД — никакого результата. Тот, кому они принадлежали, не был замешан в уголовных преступлениях, даже кражи не совершал. Чистенький перед законом — и вдруг такой грех взял на душу…

Впрочем, как подсказывал оперативникам опыт, подобные тихони способны на такое, что не снилось даже отпетым уголовникам. И опрашивая, в частности, мужское население поселка на предмет того, кто что видел-слышал, полицейские по случаю снимали отпечатки пальцев. Потом сверяли их с теми, которые обнаружили на пивных банках. Это, на удивление, оказалось наиболее эффективным методом поиска неизвестного злоумышленника. Как говорится, дешево и сердито!

 

Язык до подозреваемого доведет

Полицейские не могли не зайти к Максиму Орлову — все же сосед потерпевшей. Уж кто-кто, а этот мог дать хоть какую-то зацепку. И у правоохранителей отсутствовали основания в чем-то подозревать мужчину.

— Извините, — Орлов виновато развел руками. — Вечером много выпил и ничего толком не помню…

— Пришел домой, рухнул в постель и до рассвета не поднимался, — подтвердила супруга Максима.

— А что вы именно употребляли? — вопрос задали главе семейства.

Тот почему-то замялся, вспоминая, что и сколько он в себя влил. Но жена, зараза, поперек батьки в пекло полезла. Ненужную инициативу проявила.

— Он сейчас, кроме пива, ничего не пьет, — честно призналась женщина, не обращая внимания на неестественно круглые глаза, что продемонстрировал ей супруг. — Вино и что покрепче Максим давно не употребляет — здоровье стал беречь. А пиво, считай, тот же квас, но только покрепче…

Жена инстинктивно пыталась защитить Орлова от потенциальной опасности: муж совсем не забулдыга, если перешел только на пиво, от которого вреда почти как от кваса.

— А какое пиво он вчера покупал? — полицейские адресовали вопрос жене.

Муж стоял рядом с ней и кривлялся. Наивная женщина ничего не поняла.

— «… », — выпалила она.

Пивные банки, что валялись возле забора дома потерпевшей, были с фирменной надписью. Полицейские попали в самую точку. Отпечатки пальцев Максима Орлова совпали с уже зафиксированными.

— Вспомнил! — воскликнул мужчина. — Я задержался у соседского забора и выпил пару банок… Но бабушку Женю не бил!

— А кто вам сказал, что ее били?

Орлов прикусил язык. Действительно, как он мог знать, каким образом погибла соседская бабушка? Во время обыска у него нашли обломки лопаты — именно она служила орудием преступления.

М. Орлов поведал, как он дошел до жизни такой:

— С женой на рынке «Горняк» мы купили продукты питания, затем направились домой. По дороге зашли в продуктовый магазин, где купил себе две банки пива «…». До дома я все это пиво выпил. Через некоторое время снова пошел в магазин за пивом. Там встретил своего соседа, с которым, разговаривая на различные темы, распивал пиво. У меня оставались еще две банки, когда пошел домой. Мне не хотелось попадать с пивом на глаза жены: вновь станет пилить, мол, нетрезвый заявился домой… Я остановился у забора дома, в котором со своим сыном и невесткой проживала бабушка Женя, и стал допивать пиво. В этот момент залаяла дворовая собака Орловых. За ней подняли шум другие соседские собаки, всю улицу переполошили. Спустя десять минут бабушка открыла ворота и увидела меня с банкой пива в руках. Она стал кричать и в грубой форме выгонять менять с этого места. Я предложил ей заткнуться и вернуться в дом. Однако пенсионерка продолжала грубо выражаться в мой адрес…

По словам мужчина, он хоть и разозлился, но предпочел молча уйти. По дороге зашел к соседке, которой отдал долг — 500 тенге. Поговорил с хорошим знакомым, которого встретил у нее. Приближаясь к порогу своей хатенки, Орлов вспомнил недавнюю ссору с пожилой соседкой.

— Хотел ей отомстить за то, что она мне нагрубила, — признался злоумышленник. — Зашел в свой сарай, где взял совковую лопату. Когда подошел к забору дома пенсионерки, то подумал: ее надо как-то выманить на улицу. Стал свистеть, кричать, бить лопатой по воротам… Через пять минут бабушка вышла из дома и открыла ворота. И я два раза ударил пенсионерку лопатой по голове. Она сразу упала. Я продолжил наносить удары по уже лежащей старушке. Стемнело настолько, что я мог разглядеть только ее силуэт, поэтому не знал, куда я попадал…

Он бил, не обращая внимания на крики женщины, так, что лопата сломалась. Схватив обломки, преступник скрылся с места происшествия. Впоследствии, надеясь на менее строгое наказание, М. Орлов заявил:

— Свою вину признаю в том, что бабушке нанес телесные повреждения. У меня не было умысла убивать ее. Я раскаиваюсь в содеянном!

Тем самым злоумышленник намекал, что его действия необходимо квалифицировать не как убийство, а как причинение тяжкого вреда здоровью со смертельным исходом.

Специализированный межрайонный суд по уголовным делам области дал однозначную оценку: «Произошло убийство — противоправное умышленное причинение смерти другому человеку». Преступника приговорили к одиннадцати годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии максимальной безопасности.

Анатолий ИНОЧКИН

Вернуться назад